Анна стрелой вылетела из кухни. Да, похоже наша ситуация давила не только на меня одного, и Анна сорвалась.
Воцарилась тягостная тишина. Майер хмуро молчал понимая, что увидел то, что не следовало, Наталья раздумывала над чём-то. Женя просто стояла глядя в окно. И что теперь делать?
— Прошу прощения, — сказал я Майеру, и вопросительно посмотрел на Милославскую, которая уже отлипла от окна.
— Найн, — кивнул немец. — Я зайду позже.
— Что вы Петер Людвигович, — тут же взяла его под руку Женя. — Вы ещё не пробовали нашего печенья.
— Догони Аню, — шепнула мне на ухо Арзет. — Тебе она доверяет больше всех. Не стоит её сейчас оставлять одну.
Я кивнул. Вот же баран. Нужно было сразу быть рядом с ней. Идиот Костя. Наверное поэтому к своим годам ты до сих пор не обзавёлся семьёй.
Я поспешно вышел, оставив Петера с девушками. Подходя к комнате Анны, я услышал тихие всхлипы. Да уж, сильно её проняло — как она плачет я видел только один раз. Вечная тьма, отсутствие надежды, существование, которое нельзя назвать полноценной жизнью доведут до слёз любую девушку. Да тут я ещё и сам сделал глупость замкнувшись и отгородившись ото всех. В такое время следует поступать наоборот.
Нерешительно постучав в дверь я вошёл. Анна была не одна — вместе с ней была Долл — кукла сидела рядом с ней сочувственно гладя её руку и что-то шепча на ухо. Да уж — вот у кого ума больше чем у меня. И как сейчас поступить — развернуться и уйти? Что сейчас можно сказать?
— Это должна быть ты, — тихо сказал я и подойдя сел рядом вплотную, как совсем недавно сидела Анна. — Никто тебя не осудит, в этом ничего плохого нет. Егор ведь и сам сказал, что заберёт нас всех.
Я неловко положил руку ей на плечо. Анна чуть успокоилась и прекратила всхлипывать, только иногда шмыгала носом.
— Что-то я совсем расклеилась, — шмыгнула носом Анна. — Да ещё и перед девчонками. Позор.
— Никакого позора, — ответил я.- Ты же человек, а не статуя, а быть человеком не позорно. А слёзы даже полезны — сердце будет здоровей.
Анна ещё пару раз шмыгнула носом и позволила нам приобнять себя с двух сторон.
— Нет, — решительно сказала она.
— Не будет здоровей? — удивилась Долл. — Госпожа Анна, вам следует поверить Константину.
— Я не о том, — Анна окончательно пришла в себя. — Я о том, что не я там должна быть.
Она в упор посмотрела на меня.
— Это будешь ты, — твёрдо сказала она.
Что? Откуда это желание? Ей сейчас нужно быть с братом, которого она уже дважды теряла. Это её право. К чему это глупое отрицание? Аня, ты себе же хуже делаешь.
— Не смотри на меня так, — сказала она уже спокойно. — Я знаю, что говорю. И Егор сам сказал — это должен быть ты.
Я только кашлянул. Долл благоразумно не вмешивалась в наш диалог.
— Он правильно сказал — чтобы сбежать из клиники, скрываться, и выкрасть других жертв ему нужен ты, с твоими талантами. Я гожусь только на то, чтобы что-нибудь взорвать, Наташка — хороший доктор и стратег, но не диверсант и не шпион, Женька — неплохой стрелок и маг, но несколько легкомысленна и скорее спортсмен, чем диверсант. Из нас всех, чтобы сделать всё быстро не затягивая на месяцы и не впутывая посторонних — ты идеальная кандидатура.
Крыть было нечем.
— К тому же Костя… Я помню, как ты заботился обо мне. И я верю, что ты позаботишься о моём брате и сумеешь спасти его. Видела, что с ним стало и до чего его довели. Ему нужна твоя помощь.
— Скажешь, если передумаешь, — сказал я.
— Нет уж, — покачала головой Анна. — Не передумаю. И вообще — удел женщины ждать.
Последней фразой она ввергла меня в ступор. Да, Аня девушка, но последняя фраза явно не про неё — ждать, сидя у окна вышивая крестиком она не станет — просто достанет пистолет и застрелит время. И всех, кто заставляют её ждать.
— Госпожа, вы такая милая, — всплеснула рядом Долл. — Я так вами горжусь.
— Просто Аня, — повернула голову Анна.
— Но мне больше нравиться госпожа, — притворно надула губы Долл. — Или госпожа Анна. Или всё-таки звать вас мамой?
Анна покраснела и отвела взгляд. С таким психотерапевтом, моя помощь будет просто не нужна.
— Петер не обиделся? — спросила Анна.
— Он? Нет. Будь уверенна — ему там хмуриться не дадут, девочки его раскусили быстро.
— Это да. Ну что, посидим ещё и пойдём к ним?
— Действительно. Возьмём карты и устроим небольшую партию.
Через три часа Майер вновь повторил ритуал. Изображение Егора появилось почти мгновенно.
— Готовьтесь, — скомандовал он поглядывая на наручные часы. — Через три минуты в палате у Козова прорвётся Изнанка. В это же время рядом с вами она откроется в другую сторону. Не стойте рядом — переход будет рассчитан на одного человека. Если кроме него попадёт чужая рука или нога — их просто оторвёт. Воронка окажется рядом с вами, точность появления — несколько метров. В палате Козова я оставил инструкции под матрасом. Всё, нет времени, через три, две, одну…
Раздался воющий и всасывающий звук, изображение подёрнулось рябью.
— Не пропустите воронку! — крикнул напоследок Егор.
Изображение исчезло. Мы завертели головами. Воронки не было, но звук нарастал.
— Где она⁈ — крикнула Женя. — Проверим комнаты!
— Ди штрабе! — крикнул Майер. — Улица!
Наталья рывком раскрыла окно — в восьми метрах над землёй раскрылась воронка и из неё вылетели пыль, простыни, одежда, затем больничный тапок. Медлить было нельзя — я прыгнул вложив в прыжок Лебен — следовало учесть, что воздух несётся из воронки мне на встречу сталкивая меня вниз. Влетев в воронку я заметил человека, который летел мне на встречу, догадаться кто это было не сложно. А воздух тем временем ударил в меня, намериваясь отбросить меня обратно.
Однако прыжок оказался сильным, и преодолев сопротивление ветра я вывалился в небольшой больничной палате, или камере — тут было только кровать с белыми простынями прикрученная к полу, и запертая дверь. Всё было в беспорядке — ураган из Изнанки сорвал и сдвинул всё, что мог, я заметался по камере — под матрасом Берг-Дичевский должен был оставить инструкции.
Стоп! Матрас перевёрнут и лежит на полу. Сомневаюсь, что Козов бросил его на пол. Под матрасом не оказалось ничего. Подушки нет, одеяла нет, простыни — нет. Куда это могло деться? Только в одну сторону — в Изнанку. Твою мать! Инструкции просто утащило туда же! И что теперь делать? Как вытаскивать Берг-Дичевского?
По коридору уже грохотали шаги — наверняка там бегут дежурные санитары, и охрана, которая должна дежурить где-то поблизости — не будут же Козова оставлять одного. Стоп! Я не могу подвести девочек, этого просто не должно случиться, я не могу подвести. Окно — маленькое и забранное решёткой. Не сбежать. Что теперь делать? За дверью уже зазвенели ключи.
Что делать? Что? В панике я заметался по камере, а затем неосознанно схватился за плечи. Идиот! На мне до сих пор плащ из ткани Тонкого Человека!
Я запахнулся в плащ закрыв руки и лицо. Дверь открылась и в камеру вбежали сразу двое крепких санитаров и пара крепких охранников.
— Где он⁈ Куда он делся⁈ — заорал один.
Я бочком проскользнул наружу, сдёрнул плащ, чтобы бежать, и нос к носу столкнулся с третьим охранником. Нет, только не сейчас! Не раздумывая я сделал кулак сверхтвёрдым и усилив нанёс удар ему в живот. Охранник отлетел скрючившись, так не успев издать звука, а я уже бежал прочь. Так… Забежав за угол я снова завернулся в плащ, и вовремя — рядом пробежало ещё несколько санитаров.