— Мильфорд? — повторила она в ужасе. — Это тот, кого они пробовали отравить?
— Да! Он исчез три дня тому назад и я не знаю, что с ним!
Глубокий вздох вырвался из груди Марчии, и она еле слышно пролепетала:
— Ах, вот что! Потому, должно быть, и исчез Да-Коста: он остался сторожить дом и должен был ежедневно писать Гуарецу!
В это время послышались чьи-то приближающие голоса, и мы замолчали, прислушиваясь…
Зазвучали шаги, несколько слов, произнесенных мужским голосом, звонкий женский смех…
Я тот час же узнал этот смех.
— Идите, Марчиа! Сюда идут двое из нашей эштонской компании, — сказал я тихо. — Нам надо как-то вывернуться, но представьте все мне: я сумею объяснить!
Марчиа не ответила и мы вышли из двери прямо на солнечный свет. В десяти шагах поднимались по дороге, по напрвлению к нам Бэн и мисс Йорк.
Когда мы вышли в открытую дверь, они остановились, и мы все четверо смущенно посмотрели друг на друга.
Воцарилось неловкое молчание.
Бен заговорил первый:
— А, это вы, Норскотт! Мисс Йорк утверждала, что внизу стоит ваш автомобиль!
— Да, в этом нет ошибки! — ответил я. — Позвольте мне представить вас друг другу: мисс де-Розен, мисс Йорк, сэр Джорж Бэн!
Чувствуя, что атмосфера сгущается, Бэн любезно спросил:
— Ну, как, автомобиль теперь в порядке?
— Я как раз пустил его для пробы, и при этом едва не задавил мисс де-Розен!
Марчиа улыбнулась с натянутой выдержкой.
— Я всегда говорила мистеру Норскотту, что он ездит слишком быстро!
— Вы где живете? — спросила мисс Йорк.
— Совсем близко отсюда, у друзей, — небрежно сказала Марчиа. — Кстати, вы напомнили мне, что нужно торопиться. До свидания, мистер Норскотт! Большое спасибо вам за катание… Право, вам следовало бы заглянуть к нам до вашего отъезда. До свидания!
Она грациозно поклонилась вновь прибывшим и, махнув мне рукой, быстрым шагом, спустилась по холму.
Мисс Йорк, смотревшая на меня с лукавым любопытством, улыбнулась.
— Какой вы популярный человек, мистер Норскотт, — заметила она, — даже здесь в Суффольке, вам никак не удастся скрыться от друзей!
— Очевидно так, — беспечно согласился я. — Вся окрестность, как будто, усеяна ими! Впредь, если захочу уединиться, останусь в Лондоне.
И чтобы не слушать дальнейших разговоров на эту тему, я предложил:
— Хотите я довезу вас до Кетбертов? Обещаю ехать осторожно.
— Превосходная мысль, — одобрил Бэн.
Мы спустились с холма и через две минуты уже сидели в машине.
Бэн знал дорогу и я правил по его указаниям. Вскоре мы очутились среди чудного леса, за которым издалека виднелся старый дом.
— Когда вы вернетесь домой? — спросил я.
— Фернивелл приедет в экипаже, — сказал Бэн, — и там будет достаточно места для нас всех, так что можете не беспокоиться.
Минуту спустя, я уже несся обратно в Будфорд: я сгорал от нетерпения увидеть Билли и рассказать ему про мои сегодняшние открытия. Однако, когда я примчался в «Плау», оказалось, что Билли еще не вернулся со своего болота.
Я поставил машину в гараж, написал ему короткую записку и передал ее кельнерше: я сообщил Биллу, что могу прибавить еще одно новое и в высшей степени интересное сведение к имеющемуся у нас запасу. В конце я просил его непременно заехать в «Эштон» на следующее утро.
Затем, считая, что мое долгое отсутствие может вызвать подозрение Морица, я поехал домой. В «Эштон» я прибыл в одно время с коляской, в которой вернулись все с игры в крокет.
Мы стояли на подъезде и весело болтали, когда появился слуга с телеграммой.
— Виноват, сэр, — произнес он, подавая депешу Морицу, — она пришла днем, когда вы только что уехали.
Мориц взял телеграмму и, пока он вскрывал ее, мы продолжали разговаривать. Мисс Йорк шутливо требовала, чтобы я рассказал ей, как провел день.
Отвечая также шутливо на ее вопросы, я случайно взглянул на Морица.
Его глаза были устремлены на меня, и сколько в этом взгляде я уловил ненависти, торжества и недоверия…
Но это длилось не более секунды.
Как только наши взгляды встретились это выражение исчезло, словно стертое губкой и, порывисто смеясь, он стал мять телеграмму в руках.
— Вот так неприятность! — заявил он.
— В чем дело? — раздалось со всех сторон.
— Боюсь, что мне придется сегодня же вечером поехать в Лондон! Произошло какое-то недоверие по поводу одной доверенности, или что-то в этом роде: я не могу ясно понять из депеши. Но требуют, чтобы я, как можно скорее, приехал для переговоров!