Я ждал, когда стемнеет, самодовольно предвкушая предстоящее приключение. Я радовался, что сейчас не нужно ничего делать, кроме как переваривать неразумное количество съеденной паэльи. Это был приятный и относительно несложный труд, и, видимо, я неплохо с ним справлялся, поскольку уснул.
Проснувшись и не вполне осознавая, где я и который час, я стал глупо озираться в полутемной комнате. Обычно я не склонен задремывать, но сон подкрался неожиданно, оглушил меня и сделал медлительным и вялым. Прошла целая минута, прежде чем я понял, что лежу на кушетке в гостиной, и вспомнил о часах, стоящих на тумбочке у телевизора. Призвав на помощь свою сверхчеловеческую силу, я скосил глаза в нужном направлении и уставился на часы. Десять сорок семь. Я не просто вздремнул, а впал в спячку.
Еще минуту я хлопал глазами и тяжело дышал, пытаясь вернуть ощущение энергичной готовности к тому, что планировал целый вечер. Но мной по-прежнему владело отупение. Интересно, что такое Рита положила в паэлью? Сонную траву? Что бы там ни было, я вырубился так эффективно, словно наелся таблеток. Добрых две минуты я провел, сражаясь с желанием снова заснуть. А Кроули мог подождать и до завтра. Уже поздно, я устал, и, конечно, дело не настолько срочное, чтобы его нельзя было отодвинуть еще на денек…
Но небольшой импульс здравого смысла вовремя напомнил — дело не может ждать. Совсем наоборот. Опасность оказалась уже близко, а решение — под рукой. Предстояло действовать немедленно, сейчас, не откладывая. Я несколько раз повторил себе это; пусть я не совсем пришел в рабочее состояние, но все же зашевелился. Потянувшись и встав, я ожидал, когда сознание вернется ко мне в полной мере. Чуда не произошло, но я все равно вышел в коридор и взял сумку, собранную после ужина.
Прежде чем уйти, я заглянул в спальню. Рита тихонько похрапывала, а Лили-Энн мирно спала в кроватке. На семейном фронте царило спокойствие, и для Декстера настало время выскользнуть в ночь.
Но когда я выходил на крыльцо, у меня вырвался сильнейший зевок. Куда делась ледяная собранность, к которой я привык? Я потряс головой в тщетной попытке восстановить кровообращение. Да что со мной такое? Почему я никак не могу сосредоточиться? Ночь сулила приятное многообещающее занятие, которому нельзя предаваться так, словно двигаешься во сне или на автопилоте. Я строго сказал себе: «Декстер, соберись. Подключи голову».
Сев за руль и включив мотор, я почувствовал себя немного бодрее. Я нажал на газ и выехал на улицу, решив, что медленная поездка по запруженным улицам Майами почти наверняка повысит уровень адреналина. И это сработало даже лучше, чем я надеялся, — не успел я проехать и ста футов, как в крови забурлила месячная норма адреналина, стоило мне только случайно взглянуть в зеркало заднего вида. Позади на пустой парковке, меньше чем в квартале от моего дома, включились чьи-то фары, и незнакомая машина, выкатив на дорогу, последовала за мной.
Я смотрел в зеркало, надеясь, что это галлюцинация. Но свет фар приближался, он скользил по улице позади меня, и я чуть не врезался в дерево, прежде чем вспомнил о необходимости следить за дорогой. Я честно пытался, но мои глаза то и дело устремлялись назад, туда, где за кормой маячили фары.
«Простое совпадение, ничего страшного», — упорно твердил я себе, подавляя звеневшую в мозгу тревогу. Разумеется, слежка мне почудилась, просто кто-то из соседей взял и припарковался на свободном месте, а теперь, столь же независимо, отправился на позднюю прогулку. Ну или какой-нибудь пьянчужка остановился здесь, чтобы проспаться после коктейлей. Я мог подыскать много здравых и разумных объяснений; пусть даже кто-то завел мотор одновременно со мной и поехал следом, это вовсе не обязательно «хвост». Логика подсказывала: это чистейшая случайность, и ничего более.
Я свернул направо и медленно покатил дальше, и в следующую секунду то же самое сделал мой непрошеный спутник — внутренняя тревога зазвучала громче. Я пытался подавить ее, рассуждая логически. Разумеется, он свернул направо, поскольку по-другому нельзя выехать из нашего района, это самый короткий путь до шоссе Дикси и до больших магазинов, если вдруг кому-то в полночь понадобилась бутылочка молока. Буквально все, могущее заставить человека сесть за руль в такой час, находилось в том направлении. И если кто-то едет за мной по единственной дороге, это абсолютное совпадение, и точка. Чтобы убедиться, на следующем перекрестке я свернул направо, подальше от ярко освещенного шоссе Дикси с его коммерческими приманками, на темные, плотно застроенные улочки и посмотрел в зеркальце заднего вида, не сомневаясь, что машина свернет налево.