Я сел за руль и поехал домой, сначала на юг по Брикелл-авеню, потом на запад по шоссе 1-95, пока оно не закончилось и не началось Дикси. На ходу я стал размышлять — не самая удачная идея в час пик в Майами — и на перекрестке у Лежён чуть не врезался в «ягуар», водитель которого принял стопроцентно разумное решение свернуть влево с центральной полосы. Я в последнюю секунду крутанул руль, услышав дружный хор гудков и громкой ругани на трех языках, и таким образом получил по заслугам за критику чужого стиля вождения.
Каким-то чудом я добрался до дома, не врезавшись в бензовоз и не превратившись в гигантский огненный шар, и у меня даже оказалось достаточно времени, чтобы сварить кофе, прежде чем Рита влетела с Лили-Энн на руках и двумя детьми на буксире.
— Ты уже тут! — констатировала она, вбегая. — У меня отличные новости, и я должна… Коди, не бросай куртку на пол, повесь на… Эстор, ради Бога, не хлопай так дверью. Держи ребенка! — Рита ткнула Лили-Энн в мою сторону и так стремительно понеслась дальше, что я едва успел метнуться навстречу и подхватить девочку, пролив при этом четверть кружки на пол.
Рита убрала ключи в сумочку и бросила ее на столик у двери.
— Мне только что позвонил Брайан, твой брат, — продолжила она на тот случай, если я вдруг забыл, кто такой Брайан. — Он сказал… что, детка? — обратилась она к Коди, который стоял рядом и о чем-то негромко спрашивал. — Да, можно час поиграть в приставку. Так. Брайан. Он позвонил… — Рита обернулась и увидела, как я пытаюсь удержать одновременно Лили-Энн и кружку, стоя одной ногой в луже. — О Господи… — сказала она, хмурясь. — Декстер, ты пролил кофе. Сейчас вытру…
Рита побежала на кухню, почти немедленно вернулась с рулоном бумажных полотенец, присела на корточки и начала вытирать лужу.
— Так что сказал Брайан? — спросил я, обращаясь к ее макушке. Рита взглянула на меня с лучезарной улыбкой.
— Нужно ехать в Кя-Уэст, — ответила она, и прежде, чем я успел поинтересоваться, почему мы обязаны туда ехать, с какой стати Брайан нам приказывает и отчего она так радуется, Рита вскочила и вновь бросилась на кухню, сжимая в кулаке мокрые полотенца. — Честно говоря, — сказала она через плечо, — никто здесь даже…
Она скрылась, и я вновь удивился своей способности каким-то образом выживать в этом доме, не понимая, что происходит вокруг и о чем речь.
Но Лили-Энн напомнила мне о тщетности всех попыток постичь суровые условия безрадостного человеческого существования. Она стукнула меня по носу так, что на глаза навернулись слезы, и радостно захихикала, когда я уставился на нее сквозь пелену боли. Рита поспешно вернулась в комнату и выхватила ребенка.
— Ей надо поменять подгузник, — заметила она и заспешила к пеленальному столику. Не успев ввернуть и слова, я просто пошел следом, надеясь хоть как-то прояснить ситуацию.
— Почему Брайан решил, что нам нужно в Ки-Уэст? — спросил я.
— А, — ответила Рита, — это насчет дома. Брайан сказал, там они будут… Ну, перестань хныкать, Лили, — велела она малышке. — Поэтому, если мы туда поедем… очень хорошая возможность… а у Брайана связи. Можно купить дом задешево. Ну вот, детка. — Она надела на Лили-Энн чистый подгузник. — Обещаешь поспрашивать насчет адвоката? Сегодня, ладно? Потому что придется ехать завтра утром…
Рита повернулась ко мне с Лили-Энн на руках. Пришлось поверить, что выражение возбужденной радости на ее лице не имеет ничего общего с той стремительной сменой подгузника, которую я только что наблюдал.
— Всего лишь шанс, зато какой, — заключила она. — И потом… Ки-Уэст. Будет очень весело.
В жизни каждого мужчины наступает время, когда он должен встать, собраться… и действовать как мужчина. Лично для меня такое время пришло.
— Рита, — твердо сказал я, — я хочу, чтобы ты сделала глубокий вдох, а потом медленно, тщательно выбирая слова, внятно объяснила, о чем, черт возьми, речь.
Чтобы подчеркнуть мою серьезность, Лили-Энн хлопнула мать по щеке и ясным командным голосом произнесла: «Блап!»
Рита моргнула, возможно, от боли.
— Я же сказала… — начала она.
— Ты сказала, что Брайан гонит нас в Ки-Уэст, хотим мы того или нет, — пояснил я. — Ты сказала, что там будут дома. Что касается остального, с тем же успехом ты могла бы говорить по-этрусски.