От удивления Инга вытаращила на него глаза.
- Ты знаешь французский? — спросила она, когда Аврора отошла от них на некоторое расстояние. - Но ты никогда не говорил мне об этом?!
- Малыш, я знаю всего лишь несколько предложений, не более. Когда путешествуешь, неплохо иметь в запасе пару фраз, которые могут порадовать местных жителей, — ответил Алекс, при этом глаза его загадочно улыбались.
Они встали из — за стола и направились к машине.
«Интересно, подумал Алекс, чтобы она сказала, узнав, что помимо французского я свободно говорю, ещё на пяти языках.»
Усмехнувшись своим мыслям, он открыл перед Ингой дверь, приглашая её занять пассажирское сидение, затем, сев за руль, нажал на педаль газа, и Ситроэн тут же стремительно унёсся вдаль, оставляя за собой таинственный Амбуаз.....
Глава Восьмая. Шантаж
— Поздравляю господа, вы все под подозрением — совершенно серьёзно сказал г-н Эжен, окинув взглядом библиотеку и всех присутствующих. — Тот, кто совершил эти два убийства, неплохо разбирается в ядах. Нам, — продолжал он, — достоверно известно, что г-н Жорж был отравлен цианидом, который содержался в кубике льда. Учитывая тот факт, что его смерть, возможно, я подчёркиваю, господа, возможно, является случайностью и действительной мишенью был г-н Пьер, нам предстоит выяснить кто и, главное, почему мог покушаться на г-на Пьера. В то же время я не исключаю, тот факт, что целью убийцы всё же был г-н Жорж.
— Но, позвольте, не выдержал Пьер, я же сам вам рассказал, что Жорж просто перепутал бокалы и по ошибкевыпил из моего.
— Я помню ваш рассказ, прищурившись и повернув голову в сторону Пьера, сказал г-н Эжен. Однако если рассматривать все возможные версии, то отравитель мог подбросить лёд в стакан г-на Жоржа, непосредственно перед тем, как тот должен был выпить арманьяк. Скажем так, убийца решил действовать наверняка. При таком раскладе основным подозреваемым можете быть и вы, г-н Пьер.
— Я?! — вскакивая со стула с возмущением, выкрикнул Пьер.
— Да, именно вы, — невозмутимым голосом сказал г-н Эжен. У вас был мотив.
— И позвольте полюбопытствовать какой?- язвительно спросил Пьер.
— Всё тот же, — ревность. — отрезал г-н Эжен.
— Ах вот как! Может быть, я и Сильвию убил?!
— Вполне возможно, — так же невозмутимо отвечал г-н Эжен. Я, например, этого не исключаю.
— Бред! Что за бред!! Зачем мне убивать Сильвию?!
— Затем, — вдруг вмешалась Лола, — что она могла тебе попросту надоесть. Она была ещё та прилипала, а мы все знаем, как ты не любишь, когда ограничивают твою свободу, пытаясь надеть на тебя ошейник.
— Не нужно всех мерить по себе, — неожиданно для всех сказал Макс, который со вчерашнего вечера не проронил ни слова.
— Что? Что ты этим хочешь сказать? — бросив на него испепеляющий взгляд, сказала Лола.
— Всего лишь то, моя дорогая, что — «Самая сильная ненависть — порождение самой сильной любви».
— Что? На что ты намекаешь. — Лола слегка повысила голос.
Алекс, который всё это время, не сводил с неё пристального взгляда, заметил, как Лола с большим трудом пытается изображать спокойствие и не выдавать внутреннего гнева, в то время как в её глазах читалась откровенная, рвущаяся на волю злость. Было совершенно очевидно — она готова убить Макса здесь и сейчас, не опасаясь того, что её обвинят в преступлении.
— Боже упаси, какие намёки. Я всегда говорю прямо то, о чём думаю, без двойного дна или скрытого подтекста. И потом, — мило улыбаясь добавил Макс, — это не мои слова, а — Томаса Фуллера.
— Мне совершенно всё равно, кого в этой комнате ты хочешь поразить своей эрудицией. Ты всё равно никогда не сможешь завоевать его сердце! — Произнеся последние слова, Лола с торжествующим видом встала и подошла к столу с напитками. — Мне нальёт, кто-нибудь виски? — сказала она, обращаясь к присутствующим.
— Лола позвольте, я с большим удовольствием поухаживаю за вами — отозвался Карл Викентьевич, стоящий недалеко от неё.
— Я не совсем понял ваши намёки, мадам — обращаясь к Лоле, сказал г-н Эжен. Извольте объясниться.