Костя пару раз вылавливал Герду на улице, когда она в обеденный перерыв выходила прогуляться на площадь перед офисом. И каждый раз огромный букет цветов, который он держал в руках, так и оставался у него, а Герда, нахмурившись, тут же уходила обратно в здание, куда не имевший пропуска Костя попасть не мог.
Прийти же к ним домой через телепорт без приглашения он также не имел возможности, а потому не оставлял попыток достучаться до непреклонных сестёр иными способами. Он посылал им цветы с записками, умоляя в них простить его и уверяя, что он всё уже решил и полностью свободен, но те летели в корзину, даже не открытые. Он отправлял послания в офис, но статус замначальника позволял Герде не проверять корреспонденцию напрямую, а занимавшийся этим секретарь по её просьбе сразу отправлял все послания от Константина в спам.
Через пару недель Костя стал напоминать о себе реже, а Марго и Герда немного пришли в себя и уже могли говорить о чём-то постороннем, совсем не касаясь темы потерянного возлюбленного. И мир понемногу вновь начал принимать прежние очертания. Вот только когда спустя несколько дней у Герды начались критические дни, к Марго они не пришли, девушки, которые были полностью идентичны, заволновались: такого не было ни разу за два прошедших года. Герда, тая в глубине души мрачные предчувствия, купила в аптеке тест на беременность. Когда Марго вышла из туалета, по её побледневшему лицу Герда уже догадалась, что её опасения не напрасны. Марго была беременна, и отцом мог быть только Константин.
Решение
Марго и Герда сидели друг напротив друга и молчали. Говорить ничего не надо было. Нет, они хотели детей. Когда-нибудь. Потом. Когда будет семья, желание и уверенность в своих силах. Но Вселенная решила иначе.
- Я не смогу… - начла было Марго, но Герда её перебила.
- Конечно. Это даже не обсуждается.
Они обе прекрасно знали, что не смогут предать своего нерождённого ребёнка. И вариант был только один: идти до конца.
- Но я… - Марго зашмыгала носом, чувствуя себя виноватой. – Как же я? Я же… Меня же даже нет ни по одной бумаге. Я… Ничто. Никто. У никого не может быть детей…
Эти слова возмутили Герду до глубины души. Отчасти из-за того, что это было неудобной правдой.
– Хватит, - решительно отрезала она. – Хватит, милая. Это всё пустяки. Мы всё решим.
За прошедший без малого год волосы Марго уже заметно отросли и улеглись в неровное каре. Она время от времени подкрашивала корни, чтобы оставаться непохожей на сестру и отрезать им пути к отступлению и очередному смешению двух «я» в одно.
- Я сделаю такую же причёску, как у тебя, - начала излагать свой план Герда. – Я буду ходить на работу. А ты – к врачам. Они будут вести тебя, как меня. Я буду имитировать беременность, а ты – носить под сердцем наше дитя. А когда придёт срок, я уйду в декрет, чтобы помочь тебе. Мы справимся. Вот увидишь… - она нежно прижала обожаемую сестру к своей груди.
Марго, вдыхая родной запах, немного успокоилась, признавая состоятельность плана.
- Но… Появится ребёнок… Как мы объясним ему, что нас двое? – вновь встрепенувшись, произнесла она.
- Разберёмся, - успокаивающе прошептала Герда. – Всему своё время…
И Марго согласилась, полностью растворившись в заботе сестры.
Увы, с этого дня они стали намного более разными, чем им этого хотелось бы, несмотря на вновь ставшие одинаковыми причёски и беспрекословную любовь друг у другу. Одна из них изменилась, нося под сердцем новую жизнь. Вторая же вынуждена была повзрослеть и принять на себя кучу проблем…
Первой из них стал отец ребёнка.
Зная, что Костя не прекращает караулить её у стен офиса, в один из обедов Герда спустилась вниз.
Константин сидел в кафе напротив входа и рассеянно пил кофе. Увидев Герду он, едва не поперхнувшись, вскочил, испуганно глядя на неё.
- Только не уходи… Дай мне минуту! Умоляю! – воскликнул он, протягивая вперёд руку.