Алхимик играл свою роль безупречно — ни один мускул не выдал нашего молчаливого сговора. Он просто стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу, словно нетерпеливый юноша, ожидающий решения старших.
Эти полчаса тянулись бесконечно долго. Казимир ходил взад-вперёд, бормоча что-то себе под нос. Иногда останавливался, смотрел на нас оценивающе, потом снова начинал свой маршрут. Его сапоги поднимали маленькие облачка пыли при каждом шаге.
Солнце успело сместиться, тени стали длиннее. Я стоял, опираясь на ствол дерева. Дядя Стёпа тихо присвистывал какую-то мелодию, делая вид, что ему всё равно, какое решение примет маг.
Дотошный Цепиш задал миллион вопросов, чтобы не попасть в ловушку. Его интересовали кристаллы, общение со стариком, зелья и артефакты. На это я и продолжал давить.
Наконец, Казимир остановился перед нами. Глубоко вздохнул, выпрямился. Посмотрел сначала на меня, потом на дядю Стёпу.
— Хорошо, — произнёс он с достоинством человека, делающего одолжение. — Я согласен. На месяц.
Мы закрепили договор клятвами. Не магическими, а просто словом чести. Для таких, как Казимир, это значило больше любых магических уз.
Почувствовал, как внутри разливается тепло удовлетворения. Ещё один ценный союзник, ещё одна фигура на моей доске. Победа, пусть и маленькая, но значимая.
Я уже развернулся, готовый идти на собрание, но внезапная мысль заставила меня остановиться. Повернулся обратно к ним, чувствуя, как в голове формируется вопрос.
— Слушай, — повернулся. — Безумец… Тут всё понятно. А что значит «Бэс»?
Вопрос вырвался сам собой. Результат любопытства, которое не могла подавить даже сильнейшая усталость. Я смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Дядя Стёпа усмехнулся, глаза его блеснули странным огоньком — то ли гордости, то ли смущения. Казимир сдержанно улыбнулся, словно вспомнил что-то из далёкого, но приятного прошлого.
— Беспринципная эгоистическая сука, — засмеялся маг. — Именно таким он был, — кивнул на рыженького. — Без рамок, без границ. Умный, собака, хитрый и безумный.
Казимир произнёс с таким неприкрытым восхищением, что стало ясно: это было не столько обзывательство, сколько комплимент.
Дядя Стёпа, услышав своё прозвище, расплылся в довольной улыбке. Он даже слегка поклонился, принимая характеристику как почётное звание. В его глазах плясали озорные искорки. Старик явно гордился репутацией безумного гения, которую заслужил.
Я хмыкнул, подумав: «Весьма точное описание дяди Стёпы».
Повернулся и направился к особняку. Каждый шаг давался с трудом, ноги словно налились свинцом. Спина ныла, плечи отяжелели, голова пульсировала от боли.
Выпрямил спину, расправил плечи, придал лицу выражение спокойной уверенности. Зашёл в зал для совещаний. Меня уже ждали.
Кресло приняло в свои объятия — мягкое, удобное, с высокой спинкой и подлокотниками. Тело тут же отозвалось волной облегчения — мышцы, напряжённые до предела, начали медленно расслабляться. Голова откинулась на спинку, глаза на секунду закрылись, наслаждаясь моментом покоя.
Несмотря на физическое истощение, разум работал ясно. Мысли выстраивались в чёткую последовательность, приоритеты определялись сами собой.
Первым делом — инфраструктура. Дорога до Магинска — наша главная артерия, связывающая новые владения. Без неё никакое управление невозможно. Затем — административный аппарат, от жандармов до городских служб. Всё нужно выстроить с нуля, но по моим правилам.
Голос звучал твёрдо и уверенно. Я отдавал приказы чётко, не допуская двусмысленностей. Каждое слово было взвешенным, каждое распоряжение — продуманным.
Мои люди внимательно слушали, кивали, делали заметки. Некоторые задавали уточняющие вопросы, но никто не оспаривал поручения.
Так решилась проблема с расселением. Тут оставляем охотников и военных с семьями, в город поедут остальные.
Карта территорий лежала на столе — с отмеченными границами, ресурсами, стратегическими точками. Мой палец скользил по бумаге, указывая места будущих поселений, маршруты перемещения людей, зоны ответственности.
Жора и Витас склонились над картой, внимательно следя за указаниями. Медведь стоял чуть поодаль, скрестив руки на широкой груди, но его взгляд не упускал ни одной детали.
Расселение было критическим вопросом. От правильного распределения людских ресурсов зависит безопасность и эффективность управления. Охотники и военные с семьями остаются здесь. Они составят основу обороны нашей базы. Остальные отправятся в город — ремесленники, торговцы, рабочие, все те, кто нужен для создания функционирующей экономики. Но и там мы усилим присутствие наших людей — верных, проверенных, готовых защищать интересы рода Магинских.