Холод начал появляться и на второй ноге, ощущение обхвата становилось всё сильнее, распространяясь от щиколоток выше. Меня дёрнули назад так резко, что я чуть не потерял равновесие.
Глава 11
Я напрягся всем телом. Мышцы свело судорогой, кровь словно застыла в венах. Холод — вот, что ощутил в первую очередь. Не тот, который бывает зимой или в ледяной воде, а другой. Он проникал сквозь кожу, минуя все защитные слои одежды, и впивался прямо в кости.
Меня продолжали тянуть. Ощущение было такое, будто кто-то сунул руку в грудь и сжал сердце, стиснул так сильно, что дышать стало тяжело. Глаза на секунду заволокло пеленой, но я тут же моргнул и отогнал её.
Несколько паучков выпустил заранее. Через их восприятие видел себя со стороны — застывшего, с напряжённым лицом и сжатыми кулаками. Ничего примечательного, если бы не размытая дымка вокруг, тянущаяся от ближайшего скелета.
Сука! Обычно при опасности должен возникать страх, любой нормальный человек уже бился бы в панике: что-то неизвестное рядом, непонятно, что делать. Но вместо холодного пота и дрожащих коленей я чувствовал только… интерес.
Уже прикидывал, как бы мне научиться подчинять таких вот существ. Каков механизм воздействия? Можно ли их контролировать? Вопросы роились в голове, пока тело продолжало бороться с невидимой хваткой.
Монголы тем временем начали кричать и показывать на меня. Их лица исказились от ужаса. Они отступили на несколько шагов, образуя полукруг возле меня. Некоторые начали что-то бормотать, чертя в воздухе защитные символы. Явно считали, что я уже труп.
Изольда расширила глаза и тут же оказалась рядом. Её движение было стремительным. Лицо женщины перекосилось от напряжения, ноздри раздувались, а в глазах плескалось беспокойство, смешанное с яростью.
Перевёртыш еле сдержалась, чтобы не принять свою истинную форму. Я видел, как под кожей пробежала рябь. На мгновение проступили очертания её настоящего облика, но она усилием воли сдержала трансформацию.
А вот касание чего-то продолжало распространяться по моему телу. Оно ползло, как ледяная змея, от ног — к груди, от груди — к рукам, от рук — к шее. Там, где проходило это ощущение, кожа немела, а мышцы теряли чувствительность.
Аналитическая часть мозга работала на максимуме, перебирая варианты: «Что может сработать против бестелесной сущности? Какое оружие или способность помогут?»
Я уже выпустил яд, лечение, лёд, воду, огонь, силу мира и затылочника. Никакого эффекта. Яд растворялся в воздухе, лёд таял, не достигнув цели, огонь вспыхивал и гас, не находя, за что зацепиться.
И, судя по ощущениям, воздействие идёт напрямую на мою душу. Это было хуже всего. Физическое тело — ладно, его можно восстановить, но душа… Если её вырвут, это конец, последний и бесповоротный.
В какой-то момент потерял чувствительность ног и вообще способность ими управлять, словно нижняя часть тела перестала быть моей. Я пытался шевелить пальцами — бесполезно, сигналы от мозга просто не доходили до мышц.
Душа… Душа… Продолжал анализировать ситуацию. Сосредоточился, игнорируя нарастающий холод и онемение. Каждая битва вспыхивала в сознании, перебирал в памяти все столкновения. Где я испытывал подобное?
И ответ тут же возник: рух! Тогда с оболочкой Рязанова меня пытались выгнать из своего же тела. Точно такое же ощущение — словно что-то хочет вытянуть сущность, оставив пустую оболочку, только на этот раз противник гораздо сильнее.
В пространственном кольце тут же нашёл статуи духов. Мысленный импульс, и артефакт откликнулся. Фигуры появились в моём внутреннем зрении. Я отломал пальчик у одной — резкое движение, как будто срываю сухую ветку. Достал в реальном мире и сжал.
Ощутил, как каменный осколок врезается в кожу. Боль была острой, но живой, настоящей — в отличие от мертвенного холода, который распространял призрак. Я цеплялся за эту боль, как за якорь в реальности.
Опустил взгляд вниз и увидел… Размытый силуэт, который тянулся от скелета ко мне двумя руками. Теперь я мог его видеть — полупрозрачную фигуру, похожую на человеческую, но искажённую, будто отражение в мутной воде. Руки твари были непропорционально длинными, пальцы — тонкими, как у скелета, но сильными.
Топнул ногой, и силуэт задрожал. Вложил в это движение всю свою волю, всю ярость. Земля под ногами дрогнула, и я почувствовал, как хватка на мгновение ослабла.
Пальчик руха стал светиться. Сначала тускло, потом всё ярче и ярче. Охренеть, вот это яркость. Он бил прямо в суть твари, озаряя её истинную природу. Душа или дух, или хрен пойми что начало словно рассыпаться хлопьями.