— Не дёргайся, хуже будет! — крикнул ей, хотя понимал, что она не знает русский. Но тон, интонация — они ясны на любом языке. Командный, резкий голос, не терпящий возражений.
Вырвались на рыночную площадь — широкую, заполненную людьми и товарами. Торговцы разбегались с криками, опрокидывая лотки и повозки. Фрукты рассыпались по земле, превращаясь в кашу под копытами наших лошадей. Ткани взлетали, как разноцветные флаги, когда мы проносились мимо.
Жаслан и Бат скакали впереди, прокладывая путь. За нами — ещё семь всадников из нашей группы. Отстреливаются, кричат, размахивают саблями.
Впереди показались городские ворота — массивные, деревянные, окованные металлом. И их медленно закрывают… Сука! Тяжёлые створки двигаются навстречу друг другу, сужая проход с каждой секундой. Стража суетилась, натягивая огромные цепи.
— Не успеем! — крикнул Жаслан.
Успеем. Сосредоточился на магии. Сила потекла по каналам, собралась в ладонях. Знакомое ощущение — холод, покалывание, энергия, рвущаяся наружу. Кончики пальцев онемели, по коже побежали голубоватые искры. Воздух вокруг руки начал конденсироваться, превращаясь в мельчайшие кристаллики льда.
Выбросил руку вперёд — резкий, точный жест, словно метаю копьё. Шипы изо льда вырвались из земли прямо перед воротами. Голубовато-белые копья, пронзающие воздух, с хрустальным звоном выстреливающие из-под камней мостовой.
Стража кричала, пыталась увернуться. Глаза их были расширены от ужаса, движения панические. Поздно. Лёд пронзал тела, рвал плоть, разрывал мышцы и сухожилия. Красные брызги разметались на белом льду. Раз залп, два, три… На ногах никто не остался — только тела, корчащиеся в агонии, и растекающиеся лужи крови.
Ворота всё ещё закрывались — медленно, тяжело, неумолимо. Механизм был запущен, и даже смерть стражников не могла его остановить.
Мы нырнули в сужающийся проём. Жаслан первый — проскочил, как призрак, едва не задев плечом створку. Бат второй — пригнулся к шее коня, почти лёг на неё, чудом проскользнув в щель.
Я прижался к Галбэрсу, втянул живот, убрал локти к бокам. Мышцы напряглись до предела, лёгкие сжались, не давая вдохнуть.
Проскочили. Чувствовал, как створка задела плечо. Шаманка, привязанная к седлу, тоже протиснулась — ворота задели её обнажённую спину, оставив длинную царапину. Она вскрикнула — короткий, резкий звук, больше от неожиданности, чем от боли.
Остальные ринулись за нами. Топот копыт, хриплое дыхание лошадей и людей, звон оружия. Минус один — кого-то из наших зацепило копьём. Видел краем глаза, как тело падает с лошади. Кровь из пробитой груди била фонтаном, лицо застыло в гримасе удивления. Не успел даже закричать. Теперь нас девять вместе со мной и голозадой.
Погоня не отставала. Уже слышно топот десятков копыт позади. Шум нарастал — глухие удары о землю, смешанные с криками и свистом стрел. Нужно выиграть время, создать преграду, которую они не смогут легко преодолеть.
Сосредоточился на магии и сделал ледяную бурю. Потоки ледяных игл полетели назад, образуя стену между нами и преследователями. Тысячи кристаллов, острых, как бритва, несущихся с невероятной скоростью.
Заморозил ворота. Превратил их в глыбу льда — толстую, непрозрачную, переливающуюся в лучах солнца. Пусть попробуют открыть.
Магия высасывала силы, но адреналин компенсировал усталость. Тело горело, а разум оставался холодным, расчётливым. Не успокоился на этом. Из пространственного кольца выпустил пару десятков степных ползунов и песчаных змей. Твари с шипением устремились назад, к городу.
— Атаковать всех! — приказал мысленно, чувствуя, как команда проходит по невидимым нитям связи между мной и монстрами. — Кусать, травить, убивать!
Монстры растеклись по земле ядовитым потоком.
Галоп. Галбэрс летел, будто у него крылья выросли. Ветер свистел в ушах, земля сливалась в одну бесконечную полосу под копытами. Я даже в какой-то момент вырвался вперёд от всей группы.
Конь словно почувствовал мою решимость. Уже не пытался сбросить или ослушаться, а превратился в продолжение моей воли. Пришлось притормаживать — натянул поводья, заставляя скакуна сбавить темп.
Меня нагнали Бат и Жаслан. Лица покрыты пылью, глаза блестят от адреналина. Тяжело дышат, но держатся в седле крепко, уверенно.
— У них нет плана! — крикнул Жаслан, поравнявшись со мной. Ветер трепал его волосы, пот струился по лицу, смешиваясь с пылью. — Просто уходим!