Паучок пролез в разбитое окно мастерски, зацепился за внешнюю стену. Восемь лап работали синхронно, безупречно. Он двигался вниз по вертикальной поверхности, как по ровной дороге. Высота — впечатляющая: сорвёшься, и сразу насмерть. Ветер свистел в ушах, желудок подкатывал к горлу. Паучок нёсся вниз.
Внешняя стена дворца мелькала перед глазами — бесконечный узор из камня, выступов и оконных проёмов. Восемь лап монстра двигались с поразительной скоростью и точностью. Ветер бил в лицо, выдувая остатки тепла из израненного тела. Мышцы принца дрожали от напряжения и боли. Зубы стиснуты до хруста — только бы не закричать, не выдать себя.
Лечебная магия зелий чувствовалась внутри: горячие потоки энергии ползли по венам, сращивали кости, затягивали раны. Сладковатый привкус чувствовался во рту, а кожа зудела от быстрой регенерации.
Жаслан сидел позади, вцепившись в мои плечи. Пальцы впивались в кожу до синяков, тело охотника напряжено, как струна. Он никогда не ездил на монстрах, страх с примесью благоговения читался в его взгляде. Я пару раз обернулся, чтобы проверить. Чувствовал его дыхание — частое, прерывистое — на своём затылке.
— Не смотри вниз, — бросил через плечо. — Сосредоточься на моей спине.
Кто же знал, что тело принца настолько плохо переносит боль. Я уже привык к тому, что меня заживо хоронят под моими монстрами и пытаются сжечь, спасибо тому сопливому магу шестнадцатого ранга. Моя нервная система другая, реакции, вообще всё, а тут просто человек… держался на морально-волевых.
Нам оставалось всего три этажа. Мозг просчитывал маршрут. Спуститься — полдела, выбраться за пределы дворца — вот настоящий вызов. Стража, патрули, возможная погоня — опасностей и рисков слишком много.
Паучок приземлился бесшумно. Мягкий толчок, и восемь мохнатых лап коснулись утрамбованной земли внутреннего двора. Темнота — наш союзник, ночь скрывала нас от любопытных глаз.
Осмотрелся: внутренний двор — пустынный, факелы горели только у ворот и главного входа. Две фигуры стражников — неподвижные, сонные — у дальней стены. Они не заметили нас. Паники пока нет, отлично. Охранники не поняли, что тот, кто подглядывал, — жив, что хунтайжи выбрался. Какая-то фора у нас есть.
Вспомнил рассечённое тело верного помощника. Вспомнил, как хлестала кровь. Горечь потери — неожиданно острая, привязался к этим тварям. Они — мои глаза, мои руки, моя армия. Сентиментальный? Нет! Скорее, хозяйственный. У меня не так много определённых тварей. Кстати о них… Ничто так не подрывает планы врагов, как хаос.
В голове созрел план — дерзкий, рискованный, но эффективный. Отвлекающий манёвр, который даст нам драгоценное время для побега и решит ещё несколько проблем, создаст нужную атмосферу в столице.
Сосредоточился на пространственном кольце. Артефакт отозвался на мысленный приказ. Тысячи сознаний одновременно прикоснулись к моему разуму — примитивные, хищные, голодные, жаждущие крови и разрушения.
«Я сейчас вас выпущу, — мой голос звенел в пространстве. — Рядом здание… Разнесите его. Убивайте всех, кто внутри. Кушайте, развлекаетесь! Потом уходите под землю».
Описал им дворец, людей. Монстры отозвались волной жадного возбуждения. Их голод — осязаемый, терпкий, на мгновение он затопил сознание.
Вспышка. Жаслан и я моментально повернулись.
Степные ползуны, песчаные змеи заполнили двор — сначала десятки, потом сотни. Воздух наполнился шипением, скрежетом когтей по камню, тяжёлым дыханием хищников.
Первый ползун рванул к стражникам. Молниеносный бросок, и человек даже не успел вскрикнуть. Острый язык вонзился в горло, кровь брызнула фонтаном.
Второй страж успел выхватить меч. Лезвие сверкнуло в свете факелов — бесполезно. Три змеи обвились вокруг его ног, одним движением повалили на землю. Крик оборвался, когда челюсти сомкнулись на черепе.
Тут же мои подопечные начали свои танцы. Стрекот змей, который усыпляет и туманит разум. Яд ползунов, парализующий врага. Кушайте, мои хорошие, кушайте!
Стая ринулась ко дворцу. Ползуны — по стенам, змеи — через окна и двери. Первые крики боли и ужаса донеслись изнутри здания. Окна верхних этажей осветились: тревога поднята, но поздно. Монстры уже внутри, сотни безжалостных охотников, жаждущих крови. Раздались треск ломаемой мебели, звон разбитого стекла, крики агонии, хлопанье дверей, топот ног, звон оружия.
Змея выбросилась из окна второго этажа, в челюстях — оторванная человеческая рука с зажатым мечом. Ползун пронёсся по стене, волоча тело стражника, оставляя кровавый след. Двери дворца распахнулись, выбежали люди — полуодетые, с оружием, с факелами. Хаос, паника, страх на лицах. Они не видели нас, все взгляды устремлены на дворец, ставший смертельной ловушкой.