«Почему они, сука, подростки? Когда я перейду границу ранга, тоже сопляком стану? А с женщинами как быть?» — вихрь вопросов закружился в голове.
Я попытался оттолкнуть лысого, но он вцепился в меня, как клещ. Уже приготовился выпускать армию теней Магинского, как пацан произнёс:
— Папа! Папа! Я так рад видеть тебя! Я так скучал!
— А? — вырвалось у меня.
Время словно застыло. Я вгляделся в глаза, всмотрелся внимательнее. В них мелькнуло что-то… родное? Чего? Не понял…
— Ам? — неуверенность прозвучала в голосе.
— Да! — меня сжали ещё сильнее.
Рёбра захрустели под этим нечеловеческим напором. Руки начали неметь от силы захвата. Перевёл взгляд на затылочника, а тот энергично кивал мне, точнее, обе головы одновременно.
Мать моя Василиса, редкостная сука… Вот это неожиданность! Мой монстр, моя машина убийств, мой Ам… стал человеком? Точнее, лысым подростком.
— Отпусти, — сказал парню, ощущая, как кости начинают протестовать против такого приветствия. — Объяснили? — это уже затылочнику, чьи глаза забегали, явно избегая прямого контакта с моими.
— Он вырос! — заявил Бока дрожащим голосом.
— Да? — поднял бровь и посмотрел ещё раз на пацана.
Лысая голова блестела в скудном свете серой зоны. Худое, но жилистое тело, подростковая нескладность во всём — от длинных конечностей до неуклюжих движений.
— А по мне так наоборот. Где моя машина убийств? Груда мышц? Острые когти, чешуя и всё остальное? Где опасный монстр? Это что вообще такое?
В голове не укладывалось. Водяной медведь — огромный монстр, способный одним ударом снести голову человеку — превратился в тощего подростка? Как? Зачем?
— Твой засранец, — тут же ответил Тока, его голос звенел от возмущения. — Мерзкое создание!
— Сам мерзкий, слизень, — ответил лысый и повернулся к затылочнику, показывая средний палец. Жест вышел таким по-человечески естественным, что я невольно усомнился в собственном рассудке. — Вы вообще решили, кто из вас голова, а кто жопа?
— Видишь! — возмутился Бока.
— Видишь! — в унисон произнёс Тока.
Затылочник покраснел, его серо-бледная кожа приобрела розоватый оттенок — редкость даже для мира монстров. Смущение? Стыд? Тяжело читать эмоции существа с двумя головами и без привычной человеческой мимики.
— Стоп! Тихо! — оборвал их, чувствуя, как головная боль начинает пульсировать в висках.
Судя по всему, отношения у Ама и затылочника так себе сложились. Точнее, не сложились вообще.
— Что произошло? — повернулся к Токе как к более разумной половине существа.
— Он ещё спрашивает… — качал головой монстр, глядя в сторону. Две пары глаз моргали несинхронно, создавая странный эффект. — Мы занялись твоей серой зоной. То, что хорошо умеем, то, для чего были созданы. Делали это с любовью и заботой. Делились энергией, помогали переходить на уровни, растили короля и королеву. И вот что вышло… — обе головы синхронно кивнули на пацана.
— Красивый, статный, умный, интересный, независимый, любимец женщин и доблестный воин, — начал нахваливать себя Ам, выпячивая грудь и вскидывая подбородок.
«Любимец женщин? Серьёзно? Этот сопляк?» — невольно скользнула мысль.
— Идиот! — выдохнул Тока, его голос сочился презрением. — Мало того, что он отказался быть королём серой зоны…
— Что? — перевёл взгляд на Ама, пытаясь осмыслить услышанное.
Король серой зоны — это не просто титул, но и ответственность, стабильность всей экосистемы монстров, защита от проникновения высших существ. И этот… подросток просто взял и отказался?
— А зачем мне это? — Ам пожал плечами с беззаботностью, которая могла бы показаться очаровательной у обычного ребёнка, но не у монстра пятнадцатого ранга. — Я личность, у меня вся жизнь впереди. Я, как папа, буду путешествовать, воевать, заводить самок и детёнышей. И вообще, мне кажется, что деградирую, когда в теле монстра. А я не хочу быть тупым и чтобы меня использовали.
Кровь прилила к лицу. «Личность, вся жизнь впереди, самок заводить, деградирую… Да он издевается!» — пронеслось в голове.
— Завязывай! — прервал пацана, чувствуя, как пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки.— А что, от этого можно отказаться? — уточнил у затылочника, пытаясь понять масштаб проблемы.
— Нет, — покачал головой Тока, его голос звучал устало. — Во всяком случае, так было десятки тысяч лет. Никто, никогда. Но он… — затылочник снова бросил взгляд на Ама. — Это не монстр! Это тварь! Даже хуже человека.