Моя «старая» рука валялась рядом. Бледная, безжизненная. Мёртвая плоть, которая когда-то была частью меня. Странное чувство — отстранённость, отчуждение. Сначала накатила злость, но я быстро её в себе погасил. Контроль, самообладание, рациональность.
Может быть, не очень эстетично выглядит и броско… Кожа чёрная, мышцы рельефные. Пальцы длиннее, чем были у меня. Ногти крепкие, почти когти. Подвигал рукой, она меня слушалась. Сжал кулак, разжал. Повернул кисть, пошевелил пальцами. Полный контроль, как родная.
Выпустил магию. Лёд — холодные кристаллы сформировались на кончиках пальцев. Яд — зеленоватая дымка окутала ладонь. За ними огонь, воду и лечение. Пламя танцевало на чёрной коже. Вода струилась между пальцами. Зеленоватое сияние лечебной магии. Всё работает. И я бы даже сказал, ещё лучше и как будто сильнее. Потоки энергии текли свободнее, мощнее, стабильнее. Хм… Интересно. Внутреннее зрение показывало, что каналы в руке шире, прочнее, эффективнее.
Взял скальпель и воткнул его себе в конечность. Резкое движение, точное, решительное. Проверка. Кончик упёрся в кожу и потом отломился. Металл согнулся, затем треснул. Осколок упал на пол. Чёрная кожа осталась без единой царапины.
— Нормально! — закивал Дрозд. — А ещё комплектов верх и низ нет? Я бы не отказался.
Восхищение в голосе, зависть, острый интерес. Военный сразу оценил тактические преимущества.
— Тебе мозги нужно пересаживать, грязный пропитый некромант! — хмыкнул алхимик.
Оскорбление прозвучало легко, привычно, без настоящей злобы. Просто часть их взаимодействия.
Я встал. Рыженький и капитан ещё обменивались «любезностями». Слова летали, как стрелы, — острые, точные, безвредные. Они за это время сдружились. Пили вместе, и Дрозд в курсе, что в теле Лампы живёт старый алхимик. Узы товарищества, скреплённые выпивкой и тайнами.
— Забыл совсем! — вдруг остановился Дрозд. — Я тут кое-что тебе передать должен был.
Мужик начал хлопать рукой по своему плащу. Нервные движения, суетливые, торопливые. Затем остановился, затянулся, выпустил дым. Серое облако поднялось к потолку, запах табака наполнил помещение. Потом опять несколько проверок. Рука скользила по карманам — внутренним, внешним, нагрудным, потайным.
Он затянулся. Снова дым, глубокий вдох, наслаждение моментом. Никуда не спешит.
— Нашёл! — довольно кивнул он. — Вот.
Мне передали скомканное письмо, на котором были чёрные пятна, масляные разводы, отпечатки пальцев. Ещё и следы горения, словно о письмо тушили хобарики. Края обуглены, дыры прожжены. Бумага пахла табаком и порохом.
Посмотрел. На нём герб Османской империи — полумесяц и звезда. Золотое тиснение на красном воске.
Напрягся. У меня там нет друзей, кроме жены и территорий. Врагов — гораздо больше, особенно теперь.
Развернул. Бумага зашуршала — плотная, дорогая. Каллиграфия безупречная, каждая буква — произведение искусства.
«Непризнанный граф. Отречённый аристократ. Бунтарь».
Хорошее начало… Продолжил читать. Глаза быстро скользили по строкам. Смысл доходил постепенно, удар за ударом.
«Великий султан отменяет свой подарок. С Русской империей подписан мир. Ты больше не часть этой страны, поэтому… Решением нашего правителя мы отменяем твой титул бея, забираем земли, подаренные тебе, и не признаём брак с Зейнаб Хандан-султан бинт Хайруллах. Наша страна не хочет иметь дело с непризнанным графом, отречённым аристократом и бунтарём. Ты враг! Стоит только появиться на нашей земле, и тебя будет ждать только смерть, русский».
Я оскалился. Неплохо… Очень неплохо. Элегантно, эффективно, смертельно.
— Когда прислали? — спросил.
Голос остался ровным, контролируемым, несмотря на бурю внутри, несмотря на ярость, кипящую в венах.
— Недавно, — пожал плечами Дрозд. — Тогда твоего слуги не было, и я решил помочь.
Дрозд отвёл взгляд, затянулся глубже.
Вот почему император так сильно старался, чтобы я остался тут? Он думал, что я получил это сообщение и рвану к туркам.
Хрустнул шеей, позвонки щёлкнули.
Лишить меня титула? Земель? Жены? После того, как я столько сделал и вложил? Отобрать всё, что заработал кровью и потом? Хрен на весь макияж! Сжал чёрную руку — пальцы стиснулись в кулак, мышцы напряглись. Сила пульсировала под кожей.
Скрипнул зубами. Челюсть напряглась до боли, желваки заходили под кожей. Ярость требовала выхода.
Почему у русского императора столько власти? Влиял на джунгаров и Цэрэн, есть ниточки к султану. Загадка, тайна, головоломка… Если он такой могущественный, то почему просто не захватил все эти территории. Зачем игры? Зачем интриги? Зачем марионетки?