Монстры не останавливались. Проломив часть камеры, продолжили разрушение. Следующая стена, коридор, ещё одна. Тюрьма оказалась не такой массивной, как я предполагал.
Яркий свет ударил в глаза, свежий воздух ворвался в лёгкие. Я схватил турка за плечо, посмотрел вниз: нормально. Прыжок.
Мы стоим посреди улицы. Вокруг — обломки стен, пыль, хаос. Люди в панике разбегались. Крики, вопли ужаса.
Тарим и Фирата уже полностью трансформировались. Они возвышались над улицей, как ожившие кошмары. Именно этого я и добивался. Идеальное отвлечение от пойманной тени и какого-то чужака.
Огляделся. Молодец Джемал. Мы в Бахчисарае, и тюрьма находится в городе. Схватил турка за руку и потащил в сторону от основного хаоса. Он всё ещё был в шоке, двигался механически, как кукла, но хотя бы не сопротивлялся.
Переулок был узким, тёмным, с высокими стенами домов по обеим сторонам. Идеальное место, чтобы затеряться.
Звуки выстрелов эхом отражались от стен домов — резкие, отрывистые. Ружейные залпы — не одиночные выстрелы, а массированный огонь. Стреляли все, у кого было оружие. Вспышки магии озаряли улицу разноцветными всполохами: красное, синее, зелёное. Маги вступили в бой.
Тарим ревел — низкий, утробный звук, от которого дрожали стёкла в окнах. Фирата издавала высокий, пронзительный свист, режущий уши не хуже ножа.
Первая часть плана выполнена. Улицы заполнились толпой. Мужчины, женщины, дети — все бежали от чудовищ, появившихся в центре. Паника распространялась, как лесной пожар. В такой толпе парочка беглецов — капля в море. Никто не обратит внимания на ещё двоих бегущих людей, когда все вокруг делают то же самое.
Выглянул, чтобы оценить обстановку. Солдаты в форме появились, казалось, из ниоткуда. Организованные отряды с ружьями наперевес. Они пытались создать оцепление, оттеснить гражданских, сконцентрировать огонь на чудовищах.
Стражники, местные правоохранители, добровольцы… Все, у кого было оружие, присоединялись к обороне города. Кто с ружьём, кто с саблей, кто с простой палкой.
Маги действовали более организованно, чем стрелки. Не беспорядочный огонь, а координированные атаки. Один создавал барьер, второй атаковал, третий поддерживал.
А я искал глазами место, куда скоро должны уйти монстры. Сосредоточился на мысленной связи с Таримом и Фиратой. Я чувствовал их боль от ударов, ярость, жажду разрушения. Сдерживал эти эмоции, направлял их действия.
План прост: прорыв монстров. Создать максимальный хаос, а потом инсценировать уход тварей под землю. Для этого нужно было подвести их к определённому месту. К старому колодцу, который я заметил в конце улицы. Достаточно большому, чтобы поверить, что существа могли протиснуться в него. Достаточно глубокому, чтобы никто не решился немедленно последовать за ними.
— Стой тут, я скоро вернусь, — бросил Джемалу и рванул.
Тень только сейчас начал приходить в себя. В его глазах появилось осмысленное выражение. Он открыл рот, собираясь что-то сказать или спросить, но я уже был далеко.
Теневой шаг. Я переместился ближе к месту боя. Достаточно рядом, чтобы видеть происходящее. Достаточно далеко, чтобы не попасть под перекрёстный огонь.
Свист возле уха, жжение на коже. Пуля прошла так близко, что обожгла шею горячим воздухом. Дым застилал улицу, превращая день в сумерки.
А вот и огонь одного из магов чуть не помешал мне прыгнуть вперёд. Огненный шар размером с человеческую голову врезался в мостовую прямо в момент моего перемещения. Камни расплавились, превратившись в лужу раскалённой магмы.
Пришлось скорректировать траекторию в последний момент. Не самый приятный опыт — менять направление теневого шага в процессе. Как резко повернуть на полной скорости: тело протестует, мышцы скручивает от перегрузки.
«Готовьтесь! — мысленно обратился к Тариму и Фирате. — Издай стрекот, а ты выпускай яд. Сейчас!»
Связь с монстрами крепла по мере приближения к ним. Фирата замерла посреди улицы. Её огромное тело свернулось кольцами, голова поднялась высоко над землёй. Отростки, похожие на антенны или рога, встали дыбом, завибрировали, как камертоны. Звук начался на грани слышимости. Низкий, басовый гул, который ощущался скорее телом, чем ушами. Вибрация, проникающая в кости, заставляющая внутренние органы резонировать. Постепенно частота повышалась, громкость нарастала. Гул превратился в гудение, гудение — в вой, вой — в пронзительный свист. Звуковая атака, бьющая по нервной системе напрямую.