Глаза мужика вспыхнули белым светом. Он тут же слетел с облака и оказался рядом со мной. Движение — молниеносное, ни прыжка, ни шагов, ни полёта в привычном понимании. Просто в одно мгновение он был там, в следующее — здесь, без промежуточных положений. Пространственная магия? Искажение восприятия?..
Белый свет в его глазах — не отражение, а внутреннее свечение. Словно глазницы заполнены жидким сиянием, которое перетекает, пульсирует, меняет интенсивность.
— Да ладно? — уставился он на меня. — Ты ещё и умный… Вот это мне повезло! Ну всё, наконец-то нашёл себе кандидата. Теперь я так изменю твою жизнь… Ты просто не представляешь.
Восторг в голосе — искренний, детский. Он улыбался во весь рот, демонстрируя идеальные зубы.
Стоп! Вот это мне точно не нужно. Он то ли головой где-то когда-то сильно ударился и не отошёл, то ли безумец. Но, сука, сильный. Вот только откуда эта сила? Я не чувствую колебания магии или души, вообще ничего, словно он чист как белый лист.
Мыслительный процесс ускорился: «Оценка опасности: критическая. Уровень силы: неопределимый. Источник: неизвестен. Мотивы: неясны, но включают какой-то план относительно меня».
— Так, начнём мы вот с чего. Я тебя отправлю в одно место, там ты поднимешь ранг… Думаю, до двадцатого будет нормально. Я тебе чутка помогу, конечно, а то какой я проводник? Правильно? Вот… — начал он кружить вокруг меня. — Дальше что? Убьёшь парочку грязных магов, подчинишь себе земли. Ну, и потом пойдём по лестнице наверх. Как тебе мой план?
Кружил, как хищник вокруг добычи. Движения плавные, грациозные, неестественные, словно гравитация для него — необязательное условие. Он парил, скользил, перетекал из одного положения в другое.
План звучал бредово. Мужик остановился и уставился на меня. Взгляд испытующий, выжидающий, требующий реакции, одобрения, восторга. Как ребёнок, показавший фокус и ждущий аплодисментов. Только в его случае фокус — план по росту до двадцатого ранга и завоеванию мира.
Даже не знаю, что ответить ему. Но кое-что в его словах меня напрягло: ранги, повышение. Мозг анализировал, сопоставлял, строил гипотезы.
— Лучший… — через себя произнёс я. — Я не монстр.
Повторил это снова — чётче, твёрже.
— Да-да-да! — закивал он. — Можешь считать себя кем угодно. Хоть девушкой, мне плевать. Наконец-то! Фух… Сука, думал, ещё тысячу лет фигнёй всякой страдать придётся. И ты подвернулся. Вот это удача! Закончу с тобой и вернусь.
Он не слушал. Полностью игнорировал мои слова, увлечённый собственными мыслями. Кивал, как китайский болванчик, улыбался, жестикулировал.
«Ещё тысячу лет» — значит, древний. «Вернусь» — откуда? Куда? Он не местный? Изгнанник? Тоже, как я, из другого мира?
Уже начало напрягать. Что? Да всё! У него какой-то план на меня. А вот это я вообще не переношу на дух, хватило прошлой жизни. Так ещё немного напрягает висеть в облаках.
— Ну-ка! — порезали мне руку, ту, которую недавно пришили.
Ни замаха, ни оружия. Просто появился разрез, словно от невидимого лезвия. Идеально ровный, хирургически точный.
Мужик провёл рукой, и капля крови полетела к нему. Она зависла в воздухе. Не падала, не растекалась, а медленно поднялась, увеличиваясь, расширяясь, преобразуясь. Принимала форму идеальной сферы, пульсирующей внутренним светом.
— Посмотрим, что тут у нас, — взглянул он в то, что крутилось вокруг. — Так…
Шар завис перед его лицом. Внутри возникли узоры, символы, структуры, как будто кровь превратилась в трёхмерную голограмму.
Глаза больного на голову сузились, брови сошлись на переносице. Гримаса недоверия, затем — разочарования. Рот изогнулся в недовольной дуге. Недоумение сменилось раздражением, затем — злостью.
— Тьфу! — сплюнул он. — Ты что, правда человек? Какая мерзость…
Движение — небрежное, раздражённое. Взмах ладонью, словно отгоняет надоедливую муху, и мгновенная реакция мира. Гравитация вернулась, облака расступились, и я начал падение. Не постепенно, а резко, стремительно. Как будто кто-то выключил антигравитационное поле. Желудок подпрыгнул к горлу, воздух свистел в ушах, облака мелькали белыми вспышками.
Мгновенная реакция. Активация пространственного кольца, мысленный импульс. Воздушная змея материализовалась справа — зеленовато-голубое тело, трепещущие перепончатые крылья. Журавль-курица слева — нелепая тварь с длинной шеей и мощными когтистыми лапами.
Чувствовал связь — крепкую, надёжную. Схватился за змею правой рукой, за птицу — левой. Когти журавля впились в запястье, не прокалывая кожу, но обеспечивая крепкий захват. Змея обвилась вокруг другой руки, создавая дополнительное сцепление.