Продолжал обходить серую зону и собирать тварей. Процесс подчинения уже отработан до автоматизма. Слизь затылочника, ментальный штурм, перемещение в кольцо. Семь новых существ пополнили мою растущую коллекцию.
Когда ещё такая возможность предоставится? Да никогда! Шанс, выпадающий раз в жизни — собрать армию элитных монстров.
Идеальные условия для массового подчинения. твари, которых в обычной ситуации пришлось бы выслеживать, сражаться с ними, рисковать жизнью. Здесь они уже собраны и готовы к «переходу под новое руководство». А сердце серой зоны обеспечивало постоянный приток энергии, необходимой для такой масштабной операции.
После часов блуждания по туннелям и пещерам, заполненным клетками с монстрами, неожиданно обнаружил жилую зону. Это было похоже на переход в совершенно другой мир.
Вместо грубых каменных стен — аккуратная кладка из обработанного камня. Вместо неровного пола — гладкие плиты, местами покрытые коврами с замысловатыми узорами. Потолки поднимались на приличную высоту, поддерживаемые колоннами из какого-то тёмного материала, похожего на базальт.
Первая комната, в которую я заглянул, выглядела как кабинет или библиотека. Стеллажи с книгами и свитками занимали все стены от пола до потолка. Массивный стол красного дерева стоял в центре, заваленный бумагами и странными приборами. Кожаное кресло, лампы с кристаллами вместо обычных источников света, даже что-то вроде глобуса в углу.
Следующее помещение напоминало лабораторию. Столы с колбами и ретортами, странные механизмы, назначение которых я мог только предполагать, клетки с образцами тканей или органов каких-то существ. В воздухе висел тяжелый запах химикатов и чего-то органического.
Вообще какое-то странное строение серой зоны. Не соответствовало ничему, что я знал о таких местах. Внизу пещеры и то что обычно я и считал серой зоной — примитивные логова монстров, грубые туннели, в земле или камне.
А тут цивилизация. Настоящая, развитая с признаками высокой культуры и технического прогресса.
Что удивило ни одной твари. Комнаты были пусты, хотя выглядели обитаемыми. На столах лежали недочитанные книги с закладками, в лаборатории тихо булькали жидкости в колбах, поддерживаемые слабым магическим огнем. Словно хозяева только что вышли и вот-вот должны вернуться.
Осторожно прошел дальше. Выпустил морозных паучков — старых. Новое приобретение спало, как и все остальные. Вот и минус моего нового приобретения.
Попробовал пару раз их подчинить, когда они были в сознании, но силы моей ниши не хватало. Бодрствующие существа двенадцатого ранга обладали мощной ментальной защитой.
А вот когда они вырубались, то с целым источником получалось. Слизь затылочника погружала их в состояние, близкое к коме. Ментальные щиты ослаблялись, воля угасала, защитные механизмы отключались.
Сосредоточился на картинке, что мне передавали.
Через глаза паучков изучал помещения более детально. Они ползали по стенам и потолку, забирались в шкафы.
Мысленно направил их на дальнейшее обследование комплекса. Даже не знаю что это дом, особняк? Структура помещений была странной, не соответствующей привычной человеческой архитектуре.
Комнаты соединялись непредсказуемым образом, иногда через изогнутые коридоры, иногда через вертикальные шахты, для преодоления которых морозным паучкам приходилось использовать свою паутину.
Некоторые залы были огромными, с высокими сводчатыми потолками и колоннами, украшенными причудливой резьбой. Другие — крошечными, словно кладовки или технические помещения.
Попадались и промежуточные пространства — что-то вроде оранжерей с растениями, которых я никогда раньше не видел. Черные стебли с фиолетовыми листьями, светящиеся грибы, растущие прямо на стенах, цветы, меняющие цвет в зависимости от температуры.
И Никого. Ни в главных помещениях, ни в жилых комнатах, ни в лабораториях. Десять пар паучьих глаз не обнаружили ни единого живого существа. Только следы недавнего присутствия. Словно всех обитателей эвакуировали в спешке, дав им лишь минуты на сборы.
Внутри не самое хорошее предчувствие. Интуиция, выработанная годами выживания в опасных ситуациях, редко подводила меня. А сейчас она кричала об опасности. Не о прямой угрозе — скорее о неправильности происходящего, о том, что ситуация не укладывается в привычные рамки, не подчиняется обычной логике.