«Подойди», — голос королевы прозвучал неожиданно мягко.
Я молча повиновался.
«Вылей свою кровь на его рану», — продолжила она.
Кинжал из пространственного кольца скользнул в ладонь. Я полоснул по руке, стиснул кулак. Алые капли, странно мерцающие в свете, пробивающемся между пластинами панциря Лахтины, стали падать на рану Ама.
Кровь, смешиваясь со светящейся жидкостью скорпикоза, начала бурлить и втягиваться. Я опустился рядом с медведем не в силах оторвать взгляд от этого жуткого зрелища. Лахтина отошла в сторону, развернувшись ко мне… спиной, если так можно сказать о монстре. Её хвост по-прежнему безжизненно лежал на земле.
Я положил руку на грудь Ама и замер, прислушиваясь. Есть! Слабое, но уверенное биение сердца. На губах невольно появилась улыбка.
В голове роились мысли о том, насколько безумен мой поступок. Рискнуть жизнью, войти в логово твари, способной убить меня одним ударом… И ради чего? Чтобы спасти другого монстра?
Но что-то внутри уже не могло представить жизнь без этого косолапого недоразумения. Я давно перестал воспринимать его как питомца. Скорее, как… неразумного ребёнка, пусть и не своего. Странный родственник, свалившийся на голову в этом безумном мире.
Сердце медведя билось всё увереннее. Каждый удар становился сильнее предыдущего, пока ритм окончательно не выровнялся. Ам глубоко вдохнул. Ещё раз. И ещё. Его глаза медленно открылись, он повернул голову:
— Па… па… — прошептал еле слышно и снова провалился в сон.
Я устало выдохнул.
— Спасибо, — бросил Лахтине.
Скорпикоз промолчала. Я уже начал подниматься, когда её голос остановил меня:
«Стой, человек».
Замер.
«Тебе нельзя забирать его отсюда. Тело почти разрушено ядом, который вы добыли из скорпикозов. Да, я вернула его к жизни… Но в вашем мире он сейчас не сможет существовать. Ему придётся остаться тут, пока не напитается энергией и полностью не восстановится», — дала королева экспертную оценку.
— Сколько потребуется времени? — спросил я.
«Я не знаю. Я же не… как там у вас называют… не целитель. Он сам почувствует, когда сможет уйти», — добавила Лахтина
Кивнул, оставив Ама лежать:
— Пригляди за ним, пожалуйста.
Королева снова промолчала. Я развернулся, положил руку на прозрачную плёнку, выпустил остатки, жалкие крохи энергии. В барьере серой зоны образовался разрыв, и я шагнул наружу.
Медленно подошёл к тому, что осталось от элитного убийцы. Чёрная жижа уже впиталась в землю, только были видны выжженные проплешины в траве. Сплюнул на эти останки. Ярость, переполнявшая меня, постепенно отступала, сменяясь холодной решимостью.
— Хорошо, — тихо произнёс себе под нос. — Поиграем, господин император. Присылай своих убийц ещё.
Внутри всё сжалось от осознания: «Из-за действий этого ублюдка могут пострадать мои люди». А этого я допустить не могу. Придётся что-нибудь придумывать, что-то делать…
Выпустил паучков из пространственного кольца. Десять многоглазых стражей мгновенно окружили меня плотным кольцом. Мы двинулись к особняку, внимательно следя за каждой тенью.
Несколько раз приходилось останавливаться, ведь монстры, почуявшие запах крови, пытались напасть. Но мои верные охранники справлялись с угрозой быстро и эффективно. Два иглокрота, огнелис, пара грозовых волков — все они пополнили меню паучков.
Я терпеливо ждал, пока многоглазики закончат трапезу. Их кристаллы пульсировали от удовольствия, когда они разрывали очередную тварь на куски. Хоть кому-то сегодня повезло…
Путь до особняка растянулся. Усталость наваливалась свинцовой тяжестью, каждый шаг давался с трудом. Слишком много магии я сегодня потратил, слишком много всего случилось. Но нужно было идти, впереди ждут новые проблемы, требующие решения.
Глиняный скорпикоз в серой зоне
Лахтина смогла повернуться, только когда человек… Павел скрылся из виду. Её массивное тело сотрясала мелкая дрожь — от унижения, от бессилия, от страха. Чувства, которые она не испытывала уже несколько столетий.
Королева медленно приблизилась к водяному медведю. Каждое движение отдавалось болью — последствия его силы всё ещё отзывались в сегментах панциря. Она склонилась над спящим монстром, разглядывая мощное тело. Весьма редкий экземпляр для мест, откуда скорпикоз родом. На её землях такие встречаются только в самых глубоких водах.
Память услужливо подкинула картину из прошлого — бой с одним из представителей рода водяных медведей. Тогда она была молодой, самоуверенной… и проиграла. Унизительное поражение стало первым шагом к тому, чтобы стать Щанамах-Морха Лахтина Архичэшлюа. Каждый из её титулов был оплачен кровью врагов.