В следующее мгновение я услышал шаги. Сука! Коля же сказал, что ко мне придут через час! Пришлось ускориться: одним махом всё впитал.
Ух… Голова закружилась. Ощущение, будто сделал очень большой глоток воды с воздухом и не могу выдохнуть. Магические каналы слишком растянулись, камень осыпался трухой рядом. Твою мать! Источник раздуло, и он замер в таком положении.
В голове раздался странный звон, и возникло состояние, словно я под алкоголем.
— Магинский, встать! — приказали мне.
Поднялся с койки.
— Я майор Горбунков Пётр Алексеевич, — представился мужик.
Попытался сфокусировать взгляд на нём. Лысый, низкого роста и широкий в плечах. Подбородок квадратный и выпирает вперёд. Похож на гнома из сказок, только без бороды и в военной форме.
Чуть придержался за стенку. Эффект от трансформации долго не проходил.
— Выпустить и следовать за мной, — озвучил новый приказ майор. — Рядовой, выполнять!
Коля Кость, оказавшийся за его спиной, попытался отпереть железную дверь. Получилось так себе, связка ключей пару раз выпала из его рук. Майор давил на него взглядом, положением, силой, а пацан волновался в присутствии нового начальства.
Наконец, выбрался на улицу. Свежий воздух ударил мне в лицо. Я слегка прищурился от света и прикрыл глаза ладонью. Утро? Вот чего у армии не отнять, так это чувства времени. Хрен знает, какой сегодня день.
Меня встретил целый отряд солдат с автоматами. Раньше бы я обрадовался такому вниманию, но теперь почувствовал только усталость.
— Рядовой! — Горбунков прорычал. — Руки вперёд!
Зачем-то нацепили наручники на запястья и повели. Мы зашли в один из административных домиков. Длинный стол, шесть офицеров, стул напротив, куда меня усадили. А за спиной — моя личная охрана или, если посмотреть иначе, то карательный отряд.
Майор занял место в центре. Все окинули меня изучающими взглядами. Плевать! Всё, что сейчас беспокоило, — это замерший источник. Ощущение было такое, будто в груди взорвалась небольшая звезда и ударная волна застыла.
— Плохо выглядите, рядовой! — произнёс кто-то.
— Изжога, — поморщился я от силы, растягивающей магические каналы.
— Так вас не кормили?.. — удивился спросивший.
— Поэтому она и есть.
— Приступим! — перебил Горбунков и показал мне какую-то пухлую папку. — Младший лейтенант Крылов скончался в больнице.
— Прискорбно, — хмыкнул я. Не ожидал, если честно. Видимо, кто-то «помог» ему умереть.
— Магинский, вы понимаете, что за такие… подвиги, — Пётр Алексеевич сделал паузу, постукивая пальцем по папке, — вас бы уже давно поставили к стенке.
— Но есть проблема? — дёрнул я уголком губ.
— Вот тут в самое яблочко, рядовой, — подключился подтянутый старший лейтенант с острым взглядом хищной птицы. — Впервые вижу, чтобы на солдата так налегали. За месяц, не считая карцера, одни рапорты о Магинском.
— Не знаю, как, — взял слово майор, — но каждый раз есть свидетели вашей невиновности. Так бы уже давно…
— Налицо злоупотребление положением и уставом, — резюмировал я, не скрывая усмешку. — Вцепились в меня, словно клещ, и давай сосать кровь. А ведь я воевать пришёл не со своими, а с врагами.
Офицеры за столом синхронно помрачнели. Они хорошо понимали, что я говорю правду, но признавать это вслух никто не хотел.
— Все причастные в части найдены и переведены в другие места службы, — сообщил Горбунков с явной неохотой.
Я не сдержался и улыбнулся. Мужиков перекосило от этого. Знаю, улыбка победителя всегда бесит.
— Важно понять одну вещь, Магинский, — откашлялся Горбунков, сцепив пальцы в замок. — Идёт война, и мы проигрываем. Разбрасываться личным составом… нельзя. Да, они сукины дети, — мужик кивнул на папку с рапортами, — но они наши сукины дети.
Сдержал смешок. Мир другой, а ничего не поменялось. Военные защищают своих, даже если те по уши в дерьме. Да, если честно, я и не рассчитывал на справедливость.
Главное — мой план сработал. Жаль, что потратил на это месяц.
— Наша комиссия внимательно изучила каждый рапорт, — продолжил майор, поглаживая папку с документами. — Удивительные способности, лучший в части. Вы умудрились пережить почти все покушения, притащили пять языков… Не каждый разведчик способен на такое. Поэтому мы решили вас повысить и отправить…
Его речь прервала пронзительная сирена. Офицеры вскочили с мест, а солдаты за моей спиной тут же положили пальцы на спусковые крючки. Я не видел их, но чувствовал напряжение, волной расходящееся от стоящих позади бойцов.