Некромант сначала отрицал такую возможность, но после нескольких моих пасов рукой признал, что теоретически это вероятно. Всё, что мне нужно, — кровь некроманта, а ещё поймать частоту магии его собрата. Но как это сделать, он вообще не в курсе. А я пытался разговорить молчуна.
Вспомнились слова, что как-то могу тянуть силу из этих тварей. Пока времени не было разобраться, но теперь я его найду.
Когда получил всю необходимую информацию, вернулся в реальность. Открыл глаза, снова оказавшись в нашей тюремной комнате.
Итого: ментальная связь с Лахтиной и возможность самому почувствовать некроманта. Уже кое-что. Следующая на очереди — тень. С этим сложнее. Скорее всего, он сильнее того. Да и ранить его никто не даст, но у меня есть пара идей.
Встал и размял шею. Хрустнули позвонки, отпуская накопившееся напряжение. Тело требовало действия, а не сидения в каменном мешке.
— Ты как? — спросил у Коли, который всё ещё лежал на кровати.
— Нормально, — кивнул мне пацан, пытаясь сесть. Цвет лица его заметно улучшился, да и движения стали более уверенными. Зелья делали своё дело.
— Ну, тогда слушай меня, — улыбнулся я. — Мы сейчас покинем это место, пойдём прогуляемся. Будь готов к сражению, в котором можешь погибнуть.
— Уже! — вытянулся Костёв, словно по стойке смирно встал. — С вами, за вас! В огонь и в воду!
— Прозвучало как тост, — хмыкнул я, помогая ему подняться. — Но мне нравится твой настрой. Сейчас будет шумно, — кивнул ему. — Ничего не бойся и не дёргайся, доверься мне. Я всё контролирую.
Заглянул в пространственное кольцо. Пора выпускать тяжёлую артиллерию.
— Ам, хочешь погулять? — спросил у своего монстра.
Зажмурился от звука. Бляха-муха, когда только тварь научилась пищать, как маленький ребёнок? Ответный вопль Ама был таким пронзительным и радостным, что, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки.
Мой голос разбудил больших морозных пауков — мамашу и папашу выводка. Огромные, размером больше лошади, они шевелили многочисленными лапами и щёлкали жвалами в предвкушении.
— Есть работа. Нужно будет постараться, — приказал я, и глаза монстров вспыхнули голубым огнём.
Пора выбираться отсюда и возвращать то, что принадлежит мне. Королеву, мою боевую машину убийств, Лахтину. Один хрен, как её называть.
Глава 7
Перед глазами замерцало. Воздух сгустился, словно превратившись в желе, и вот уже на полу комнаты-тюрьмы возник водяной медведь. Секунду назад было пусто, и вдруг — огромная туша, словно из ниоткуда. Резкий запах тины и водорослей мгновенно заполнил небольшое помещение, отчего на языке появился солоноватый привкус.
В полумраке комнаты чешуйки на его спине переливались всеми оттенками зелёного и синего, создавая иллюзию подводного царства. Между пластинами пробегали тонкие искры: Ам явно стал сильнее с нашей последней встречи.
Монстр огляделся, принюхиваясь и щёлкая пастью. Его глаза горели осмысленным светом, изучая незнакомую обстановку. Убедившись, что опасности нет, медведь затрясся, как мокрая собака после купания, раскидывая капли слизи по комнате. Мелкие брызги разлетелись во все стороны, оставляя на стенах светящиеся следы. Одна особо крупная капля, размером с куриное яйцо, отделилась от его спины и, описав в воздухе идеальную дугу, шлёпнулась прямо на лицо Коли.
Пацан замер с открытым ртом, от ужаса он даже дышать перестал. Его глаза расширились до невероятных размеров, руки повисли в воздухе, словно парень пытался поймать невидимую муху. На его лице застыла гримаса — смесь изумления, страха и недоверия. Слизь медленно стекала по щеке тонкой струйкой, оставляя за собой слабо светящийся след, а он всё не мог двинуться с места.
Ам с любопытством повернул массивную голову к Костёву, наклонив её набок, как это делают собаки. Его человеческие глаза внимательно изучали странное двуногое существо, оценивая, представляет ли оно угрозу или может служить закуской. Наконец, монстр демонстративно поморщился, словно увидел что-то неприятное и непривлекательное.
— Ху-дой, — тяжело произнёс медведь, шевеля своими странными губами.
Слова выходили затруднённо, словно его рот не был предназначен для человеческой речи. Каждый слог сопровождался странным щёлкающим звуком, как будто ломались маленькие косточки.
— Го-говорит… — из Коли вышел воздух, как из проколотого шарика. Его лицо приобрело оттенок свежегашеной извести. Губы задрожали, а пальцы стиснули край рубашки с такой силой, что ещё больше побелели.