Девушка — юная блондинка с большими голубыми глазами — испуганно приблизилась, низко опустив голову.
— Д-да, госпожа? — пролепетала она, нервно теребя подол передника.
— Покажи руки, — приказала Елена.
Служанка вытянула их перед собой. Ладони были мягкие, без мозолей, с аккуратно подстриженными ногтями.
— Хорошо, — кивнула перевёртыш. — Ты выполняешь мои указания по уходу. А теперь покрутись.
Девушка медленно повернулась, позволяя осмотреть себя со всех сторон. Тонкая талия, округлые бёдра, высокая грудь, стянутая корсетом, — всё, как любит Павел Александрович.
— Сойдёт, — заключила Елена. — Можешь идти. И не забудь сегодня вечером принять ванну с теми травами, которые я дала.
— Да, госпожа, — служанка поклонилась и быстро удалилась, радуясь, что допрос закончился.
Вероника наблюдала за этой сценой с лёгкой усмешкой.
— Ты их запугала до смерти, — заметила она, когда девушка скрылась за поворотом дорожки.
— И правильно, — хмыкнула Елена. — Пусть боятся. Тогда будут лучше работать и не станут заглядываться на местных мужиков.
Она вспомнила, как пару недель назад застала одного из охотников, тот пытался ухаживать за новой служанкой. Урок, который перевёртыш преподала бедняге, был настолько суровым, что теперь все мужчины в усадьбе обходили девушек десятой дорогой, опасаясь гнева «госпожи Елены».
— Пойдём в дом, — предложила Вероника, поднимаясь. — Скоро должен приехать новый торговец из Томска, нужно проверить его товары.
Сёстры неспешно направились к главному зданию. По дороге они встретили охотников, слуг, работников. Все почтительно кланялись, спеша уступить дорогу. За месяц отсутствия Павла Александровича перевёртыши укрепили свои позиции в иерархии рода. Теперь никто не сомневался в их власти и авторитете.
В доме было прохладно и тихо. Большинство обитателей в это время занимались своими делами во дворе или хозяйственных пристройках. Сёстры поднялись на второй этаж, в свои покои — две смежные комнаты, соединённые с хозяйской спальней.
Елена подошла к большому зеркалу, критически осматривая своё отражение.
— Смотри, я стала стройнее, — заметила она, поворачиваясь боком. — Все эти тренировки не прошли даром.
Вероника тоже повертелась. Действительно, они обе изменились за последний месяц. Постоянные физические упражнения, охота в истинной форме, магические практики — всё это сделало их сильнее, выносливее и, как ни странно, привлекательнее.
— Когда Павел вернётся, он нас не узнает, — улыбнулась Вероника, распуская волосы. — Мы стали намного сильнее.
— И красивее, — добавила Елена, кружась перед зеркалом. — А главное, теперь можем защитить его от кого угодно.
Это была правда. С тех пор, как хозяин уехал, сёстры все силы бросили на тренировки и развитие своих способностей. Каждую ночь они выходили в лес в своей истинной форме — жутких существ с чёрной шерстью, острыми когтями и нечеловеческой силой — и охотились на самых опасных монстров.
Сначала это было просто способом скоротать время, но вскоре превратилось в настоящую страсть. С каждой победой, с каждым поверженным чудовищем они чувствовали, как растёт их сила. Теперь, в форме перевёртышей, достигли девятого ранга. Уровень, о котором раньше могли только мечтать. А в человеческом обличье получили седьмой ранг.
— Помнишь, как мы завалили того водяного медведя на прошлой неделе? — спросила Елена, растягиваясь на кровати. — Витас сказал, что его отряд из десяти человек три дня выслеживал монстра и не мог поймать, а мы вдвоём управились за час.
— Это потому, что они не знали его слабых мест, — заметила Вероника, присаживаясь за туалетный столик. — А мы уже столько этих тварей перебили, что изучили каждую чешуйку.
Елена перевернулась на живот, подперев подбородок руками.
— Интересно, мать ещё попытается нас найти? — задумчиво произнесла она. — После того, что случилось в прошлый раз…
Вероника нахмурилась. Воспоминание о последней встрече с их создательницей, той, кто превратил в перевёртышей, до сих пор вызывало неприятную дрожь.
— Пусть только попробует, — процедила девушка сквозь зубы. — Теперь мы готовы. Она сдохнет, даже не успев понять, что произошло.
Елена улыбнулась, услышав злобные нотки в голосе сестры. Прежде Вероника всегда была сдержанной, почти холодной. Но, когда дело касалось безопасности хозяина или их собственной свободы, она превращалась в настоящую фурию.
— И всё-таки я скучаю по нему, — сказала Елена, переводя тему. — По его голосу, запаху… По всему.