— Наверное, — кивнул, вспомнив, как чуть не погиб тогда в поезде от первой встречи со степным ползуном.
— Благодаря частям монстра, которые вы добыли, я смог усилить действие противоядия, — продолжил Смирнов с азартом учёного, открывшего что-то новое. — Эффект должен увеличиться в три раза! Это позволит магам вообще не чувствовать оцепенения и слабости во время атаки ползунов.
Он показывал мне какие-то схемы и расчёты, испещрённые формулами и диаграммами. Я не понимал и половины, но было видно, что мужик достиг значительного прогресса.
— Отлично, — оценил его работу. — Но я просил сначала заняться разбавлением зелий для солдат, потом кожей и только в последнюю очередь этим.
— Вот! — торжествующе указал он на большой чан, стоящий в углу лаборатории. — Тут сорок литров смешанных зелий, и ещё можно разбавить в три раза без потери эффективности. Что касается кожи… Я кое-что попробовал, разрешите показать?
Бросил взгляд на бадью. Нужно будет перенести её наверх и раздать солдатам. Если Смирнов не преувеличивает и зелье можно разбавить ещё в три раза, то мы обеспечим весь отряд на месяц интенсивных боёв.
Тем временем мужик подвёл меня к какому-то верстаку в дальнем углу землянки. На нём лежало несколько образцов шкуры степных ползунов, натянутых на деревянные рамы.
— Кожа степных ползунов очень крепкая, — начал Игорь Николаевич, поглаживая один из образцов. — Это вы и так знаете, но вот что её делает такой?
— Я должен спросить или ты сам ответишь? — чуть склонил голову, наблюдая за его энтузиазмом.
— Простите, — произнёс мужик. — Привычка… Вот, смотрите!
Он взял один из образцов кожи и продемонстрировал мне, что на самом деле шкура не такая уж и крепкая. Смирнов почистил её от каких-то наростов, растянул, и теперь структура изменилась, потеряв большую часть своих защитных свойств. Обычная иголка легко протыкала её насквозь.
— Вся суть — в их магии и яде, — улыбнулся отец Ольги, явно гордясь своим открытием. — Если выпустить магию и чуть использовать яд, то…
Смирнов продемонстрировал другой образец кожи, обработанный по его методу. Он начал тыкать в неё ножом, но лезвие не могло пробить даже поверхностный слой. На лице мужика играла довольная улыбка.
Я выдохнул с облегчением: «Значит, идея с бронёй всё-таки жизнеспособна». Но тут же нахмурился: «Получается, использовать её могут только маги?» Это немного рушило мой план обеспечить защитой всех своих людей.
Ещё и яд на ней. Такое, пожалуй, смогу перенести только я. И снова облом! Хотя… Мозг тут же сложил несколько идей в одну картину.
— А если, допустим… — я свёл брови, формулируя мысль. — Если на неё нанести смесь яда и моей крови с противоядием, эффект самого отравления будет подавлен?
— Что? — удивился Смирнов, глядя на меня с недоумением. — Подождите…
Он тут же бросился к чану с антидотом, налил немного в бутылёк и вернулся к верстаку. Смазал кожу ядом степного ползуна и поверх нанёс противоядие. После этого попробовал проткнуть обработанный материал: кожа осталась целой, не поддаваясь острию.
— Невероятно! — воскликнул он, подняв на меня изумлённый взгляд. — Как вы догадались? Ведь точно! Яд никуда не исчезает, а просто не работает, хотя продолжает существовать в ткани. Гениально!
— У тебя есть манапыль? — спросил я, уже видя, как складывается решение головоломки.
— Немного… — опустил глаза мужик, словно признаваясь в проступке.
Я взял у него меньше одного грамма драгоценного порошка, нанёс на кожу и повторил процедуру с ядом и противоядием. Результат превзошёл ожидания: теперь кожа работала как полноценная броня даже без поддержки магии.
— Господин! — Смирнов едва не подпрыгивал от восторга. — Вы придумали, как использовать это обычным людям? Гениально!
— Сделай мне пока что-то похожее на костюм, — прервал излияния. — Попробую её в деле. Если всё будет хорошо, изготовим ещё. Сколько полных костюмов выйдет из семидесяти трёх шкур?
— На взрослого мужчину или женщину? — уточнил отец Ольги, мысленно прикидывая расход.
— В основном на мужчин.
— Тогда… — поднял он взгляд к потолку и начал считать. — Около тридцати полных комплектов, если экономно кроить.
— Мало, — покачал головой. — Придётся добывать ещё.
Я оглядел лабораторию. Сейчас здесь царил творческий беспорядок — колбы, реторты, странные приборы, названий которых даже не знал.
Смирнов работал не покладая рук, и результаты впечатляли. Не каждый алхимик за такой короткий срок смог бы сделать столько открытий. Видимо, яблоко от яблони недалеко падает — талант Ольги явно наследственный.