— Кто тут Магинский? — спросил, когда не смог определить командира.
Твою мать! Точно, у меня же китель в тряпки превратился, и отличительных знаков совсем нет. Выгляжу, как обычный солдат, только обгорелый.
— Я! — сделал несколько шагов вперёд, выходя из строя.
Капитан окинул меня оценивающим взглядом, задержавшись на обгоревшем кителе и забинтованных руках.
— Старший лейтенант? — сузил глаза мужик, явно сомневаясь.
— Капитан! — кто-то гневно крикнул из моих рядов, почти с вызовом.
Остальные поддержали этот выкрик одобрительным гулом. На лице посыльного отразилось лёгкое замешательство, он явно не ожидал такой реакции.
— Удивляете, молодой человек, — кивнул капитан, быстро взяв себя в руки. — Прошу, следуйте со мной.
— Цель? Куда? Зачем? — спросил я резко. — Мы вечером отправляемся в бой, нужно подготовиться.
Воронов и Костёв незаметно переместились так, чтобы оказаться ближе ко мне. Остальные солдаты тоже подтянулись, образуя подобие защитного кольца. Напряжение в воздухе можно было резать ножом.
— Не переживайте, Магинский, — поднял руки капитан в примирительном жесте. — Это много времени не займёт. С вами хочет поговорить майор Свиридов.
Свиридов? Мысли тут же напомнили, кто это такой. Именно он в ответе за то, что меня не взяли в офицерскую школу сразу. Он стоит за подделкой моих документов. А за ним стоит сам князь. И что же нужно этому уроду?
Глава 13
Я показал жестом, чтобы мои успокоились. Напряжение, витавшее в воздухе, немного спало, но полностью не исчезло. Солдаты опустили оружие, переглядываясь между собой. В их глазах читалось недоверие к чужаку, появившемуся в нашей хорошо налаженной системе.
— Минуту, и я пойду с вами, — сказал капитану, не дожидаясь его реакции.
Тот нахмурился, явно раздражённый задержкой, но спорить не стал. Он переступил с ноги на ногу и отвернулся, сделав вид, что разглядывает наш лагерь. Странный тип. Ещё и форма слишком новая для фронта. Скорее всего, штабная крыса.
Я повернулся к своим командирам. Костёв стоял ближе всех, готовый выполнить любой приказ. Остальные тоже смотрели на меня, ожидая распоряжений. Глаза их горели энтузиазмом предстоящего боя.
— Найдите белую тряпку, простыню или что-то такое. Разрежьте и повяжите всем на руки и головы, — распорядился я.
Солдаты переглянулись. Некоторые почесали затылки в недоумении. Идея, должно быть, показалась им странной. Но приказы не обсуждаются, особенно когда командир уже доказал, что знает, как лучше.
— Павел Александрович, — протянул Костёв, понизив голос. — А…
— Зачем? — хмыкнул, не дав ему закончить вопрос. — Нам нужно как-то выделяться. Форма у нас, как у всех. Сначала думал красное, но ночью не видно будет. Задача: привлечь внимание.
Костёв быстро кивнул, приняв логику моего решения.
— Есть! — отрапортовал он. — Раздобудем белые повязки. Я прослежу, чтобы все были отмечены.
— Вперёд, — кивнул ему, повернувшись к капитану.
Мои командиры разбежались, выполняя приказ. Только Воронов задержался на долю секунды, бросив на меня странный взгляд. Ещё бы! После моих намёков на связь с Амбиверой он явно нервничает и правильно делает. Подозреваю, что скоро у нас будет очень серьёзный разговор.
Направился за капитаном, и мы снова двинулись в офицерскую часть нашего лагеря. Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени. Усталость от событий дня и бессонной ночи давала о себе знать. Я чувствовал, как каналы в источнике медленно восстанавливаются, но до полной регенерации ещё далеко.
Внимания к моей персоне в этот раз оказалось даже больше, чем после взрыва. Солдаты останавливались, провожали взглядами, шёпот тянулся за нами, как шлейф. История о том, как я пережил покушение, защитил своих людей и ещё поспорил с самим Топоровым, обрастала новыми подробностями. С каждым пересказом я становился всё более героической фигурой. Но сейчас меня интересовало другое…
Что хочет Свиридов? Прикидывал в уме, о чём может пойти разговор. Идеи особо никакие в голову не приходили. После стычки с Топоровым и его нескрываемой ярости можно ожидать чего угодно. Возможно, я снова оказался в центре каких-то интриг. Или, что более вероятно, они хотят меня прижать к стенке, обвинить в чём-то.
Как показывает практика, особый повод для обвинений даже не требуется, но и я не беззащитен. После произошедшего со мной никто не посмеет просто так отдать под трибунал. Слишком много глаз следят за каждым моим шагом.
Зашли в административное здание, свернули пару раз и остановились у двери без таблички. Ничем не примечательная дверь, одна из многих в этом здании. Капитан постучал с какой-то странной, выверенной ритмичностью, словно передавал кодовый сигнал.
— Войдите! — донёсся оттуда грубый голос. Знакомая интонация, хотя самого человека я не встречал лично.
Капитан шагнул в сторону, пропуская меня вперёд. Я мельком посмотрел на него: в глазах — ни капли эмоций, только пустое исполнение долга.
Шагнул в кабинет. За столом сидел мужик лет сорока с небольшим. Он негромко постукивал пальцами по лакированной поверхности. Коротко стриженные волосы блестели ранней сединой. Морщины на лице казались глубже из-за теней, а в глазах мелькало недовольство.
— Майор Свиридов Аркадий Петрович, — представился он, не поднимаясь и не протянув руку.
— Капитан Магинский Павел Александрович, — ответил я в той же манере.
Он указал на стул напротив себя:
— Садитесь.
Мысленно приказал паучкам оставаться настороже. Ам тоже был готов появиться в любой момент. Я же тем временем анализировал поведение Свиридова, пока тот изучал какие-то бумаги. Ничего не выдавало его истинных намерений. Обычный штабной офицер, каких сотни в армии.
Постоянное постукивание пальцами, прищуренный взгляд, поджатые губы — манеры человека, который привык к власти, но недостаточно высокой, чтобы расслабиться.
— Барон Магинский, — начал он читать дело, лежащее перед ним. — Хм… Очень результативный и крайне продуктивный офицер. В подчинении — взвод с личным приказом от генерала. Цели и задачи засекречены, — губы Свиридова чуть искривились, словно эта фраза вызывала у него сомнения. — О, вы даже уже получили награды. Впечатляет, молодой человек.
Я не спешил раскрывать карты. Майор явно чего-то добивается, но пока играет в кошки-мышки.
— Благодарю, — кивнул сдержанно. — Что вы хотели?
Свиридов поднял взгляд от бумаг, словно мой прямой вопрос удивил его.
— Познакомиться, — улыбнулся он, но эмоция не коснулась глаз. — Много читал о вас в отчётах, а сейчас представилась возможность лично встретиться.
— Рад, — ответил коротко, не поддерживая игру в вежливость.
Повисла неловкая пауза. Майор изучающе смотрел на меня, словно ожидая более развёрнутого ответа. Не дождался.
— Что-то вы какой-то напряжённый, капитан, — бросил он будто бы невзначай, откинувшись на спинку стула. — Случилось что?
Глаза майора сузились, а брови чуть приподнялись, демонстрируя показное беспокойство.
— Точно, на вас недавно совершили покушение, и вы даже лишились офицера, — продолжил он, не дождавшись моего ответа. — Как его там?.. Рязанов, граф Рязанов.
Бровь его дёрнулась при упоминании этого имени. Интересная реакция. Случайность или Свиридов знал о природе Рязанова больше, чем хотел показать?
Я ничего не ответил, ожидая, когда мы перейдём к сути. Бессмысленные разговоры утомляли, особенно когда впереди бой, а тело и разум требовали отдыха после выматывающей ночи.
— Так что вы хотели? — повторил я, глядя прямо в глаза майору.
— Я? — поднял брови Свиридов с наигранным удивлением. — Вас хотел об этом спросить.
Что за странная игра? Меня вызвали, а теперь делают вид, будто я сам напросился на встречу? Абсурд. Нет ни времени, ни желания участвовать в подобных представлениях.
— Майор, — мой голос стал мягче, но в нём проскользнули стальные нотки. — Давайте всё же перейдём к сути.
— Что ж… — он дёрнулся к кителю.
На моей руке мгновенно появился шип изо льда. Источник откликнулся без промедления, несмотря на усталость. Я был готов выпустить паучков и Ама. Но Свиридов достал из кармана только глушилку. Активировал её лёгким прикосновением., затем извлёк ещё одну и ещё. Воздух в кабинете словно загустел, стал тяжелее. Звуки снаружи приглушились, будто нас отрезало от остального мира.
Одного паучка я успел выпустить, но, судя по тому, что видел через его зрение… Абсолютно ничего. Кабинет полностью закрыло от любых попыток подслушать нас или даже наблюдать. Профессиональная работа, ничего не скажешь.