Риццоли нахмурилась, уставившись на карту. "Господи, – подумала она. – А ведь эта женщина права. Как же мы ничего не заметили?!"
– И что же дальше? – спросила О'Доннел.
– Вырисовывается полный круг, – сказал Фрост. – Скопление точек движется по южным штатам – от Флориды до Техаса. И в итоге возвращается в Аризону.
О'Доннел встала из-за стола и подошла к экрану. Некоторое время постояла возле него, изучая карту.
– Сколько времени занял весь цикл? Сколько понадобилось, чтобы замкнуть круг?
– В тот раз он занял три с половиной года, – ответила Риццоли.
– Весьма неспешный ритм.
– Да. Но обратите внимание на то, что они никогда не задерживаются надолго в одном штате, никогда не проводят массовых охот в одном районе. Они пребывают в постоянном движении, чтобы власти не поняли модель их поведения, чтобы до них не дошло, что преступления длятся годами.
– Что? – О'Доннел обернулась. – Цикл повторяется?
Риццоли кивнула.
– Все начинается снова, идет тем же маршрутом. Так же, как когда-то кочевники следовали за стадами буйволов.
– И власти так и не поняли этой схемы?
– Потому что охотники никогда не останавливались. Разные штаты, разные подведомственные территории. Несколько месяцев в одном районе – и снова в путь. К следующему месту охоты. К месту, куда возвращались вновь и вновь.
– Знакомая территория.
– "Куда нам идти, зависит от того, какие места мы знаем, а места, которые мы знаем, зависят от того, куда мы идем", – процитировала Риццоли один из принципов составления географического портрета преступника.
– А какие-нибудь трупы находили?
– Ни одного. Все эти дела до сих пор не закрыты.
– Выходит, должны быть какие-то тайные захоронения. Места, где они прятали жертв, а потом избавлялись от трупов.
– Мы полагаем, что это какие-нибудь труднодоступные места, – сказал Фрост. – В сельской местности или вблизи водоемов. Поскольку ни одна из женщин так и не была найдена.
– Но Никки и Терезу Уэллс нашли, – заметила О'Доннел. – Их тела не похоронили, а сожгли.
– Сестры были найдены двадцать пятого ноября. Мы проверили сводки погоды на эту дату. В те дни начался неожиданный снегопад – за одни сутки намело сорокапятисантиметровые сугробы. Массачусетс был буквально парализован, многие дороги заблокированы. Возможно, они просто не смогли добраться до своих тайных захоронений.
– И поэтому сожгли тела?
– Как вы заметили, география похищений изменяется в зависимости от погоды, – сказала Риццоли. – Как только становится холоднее, она смещается к югу. В ноябре восемьдесят четвертого года природа преподнесла Новой Англии сюрприз. Никто не ожидал такого раннего снегопада. – Джейн посмотрела на О'Доннел. – Итак, вот ваш Зверь. Это его следы на карте. Думаю, Амальтея сопровождала его на всем протяжении этого пути.
– Вы хотите, чтобы я составила психологический портрет преступников? Объяснила, почему они убивали?
– Мы знаем, почему они делали это. Они убивали не ради удовольствия, не ради возбуждения. Это не простые серийные убийцы.
– Тогда какой у них мотив?
– Абсолютно прозаический, доктор О'Доннел. Собственно, он совершенно неинтересен для ваших исследований.
– Ну, для меня все убийства интересны. Так почему, вы думаете, они убивали?
– Вам известно, что ни Амальтея, ни Элайджа нигде не работали? Мы не нашли никаких свидетельств того, что они когда-либо устраивались на работу, платили социальные взносы, налоги. У них не было ни кредитных карт, ни банковских счетов. В течение десятилетий они оставались людьми-невидимками, существовали как бы вне общества. Так на что они жили? Как они оплачивали еду, газ, проживание?
– Наличными, я так думаю.
– Да, но откуда у них наличные? – Риццоли повернулась к карте. – Вот как они зарабатывали.
– Я что-то не понимаю.
– Кто-то ловит рыбу, кто-то собирает яблоки. Амальтея и ее сообщник тоже снимали урожай. – Риццоли посмотрела на О'Доннел. – Сорок лет назад Амальтея продала двух новорожденных дочерей приемным родителям. Ей заплатили сорок тысяч долларов. Я не думаю, что она продала своих детей.
О'Доннел нахмурилась.
– Вы имеете в виду доктора Айлз и ее сестру?
– Да. – Риццоли испытала легкое удовлетворение, увидев выражение лица О'Доннел. "Эта женщина даже не представляет, с кем она имеет дело", – подумала Джейн. Психиатр, регулярно общающаяся с монстрами, была явно озадачена таким поворотом событий.
– Я осматривала Амальтею, – сказала О'Доннел. – И согласилась с мнением других психиатров...
– ...что она психопатка?
– Да. – О'Доннел резко выдохнула. – То, что вы мне здесь показываете... это совершенно другое существо.
– Вовсе не сумасшедшая.
– Я не знаю. Я не знаю, кто она.
– Она и ее двоюродный брат убивали из-за денег. С холодным трезвым расчетом. Лично мне кажется, что это признак здравого ума.
– Возможно...
– Вы ладите с убийцами, доктор О'Доннел. Вы беседуете с ними, проводите долгие часы с людьми, подобными Уоррену Хойту. – Риццоли немного помолчала. – Вы понимаете их.
– Я пытаюсь.
– Так к какому типу убийц можно отнести Амальтею? Она чудовище? Или деловая женщина?