- На какое? – поворачивает голову Лаура.
- Ханна.
- Ханна? Почему Ханна?
- Мне нравится.
- А что родители?
- А что? Ничего. Вот стану совершеннолетней и сменю имя. Вот увидишь.
- И я, - вырывается у Лауры прежде, чем она успевает подумать.
- Хм. И какое ты хочешь?
- Ну-уу… Например… Лаура.
- И почему Лаура? – щурится Ханна.
- Красиво. Нет?
Лаура не могла остановиться. Ей хотелось, чтобы у нее все было лучше, чем у Ханны. И она не могла прекратить эту бесконечную гонку за Вишневской. Соревнование, в котором она должна была выиграть. Лаура даже подружилась с мамой Ханны, потому что та не считала свою дочь прелестным ангелом. Их первый разговор по душам произошел, когда Лауре и Ханне было по пятнадцать.
- Ксюша, привет, проходи. Аня еще у себя в комнате, - Елена, окутанная нежным шлейфом духов, распахивает перед Лаурой дверь.
- Здрасте, теть Лен. Да, я знаю. Я подожду ее внизу, хорошо? – кивает Лаура.
- Да? Ну, хорошо. Может, тогда чаю?
- Ну, давайте.
Внутри Лауры перемешались противоречивые чувства. Вчера мальчик, с которым она начала встречаться, вдруг, заявляет о чувствах к Ханне. Та отшивает его, но внутри Лауры продолжает кипеть обида. Все-таки он выбрал Ханну. Как много людей в итоге выбирает именно Вишневскую. В самом начале, когда они были маленькими, казалось, мир Ханны вращается вокруг Лауры. А теперь…
- Ты, вроде, любишь с бергамотом, верно? – ставя перед Лаурой чашку, спрашивает мама Ханны.
- Ага.
- Как у тебя дела? Как в школе? Все хорошо?
- Да. Все хорошо.
Все хорошо. Вот только парень, с которым ты встречаешься, признается в любви другой. Ханна смеется над ним, ей весело, а Лауре до боли обидно. Снова выигрывает Вишневская. Снова выбирают ее.
- Как там у вас на танцах? Аня почти ничего не рассказывает.
- Танцы? – вскидывает голову Лаура. – Ах, да, танцы. Ну-уу…
- Какие стили разучиваете? Что-то современное? Я, конечно, в танцах не очень разбираюсь, - мама Ханны присаживается за стол и пододвигает к себе чашку чая.
Лаура сжимает кулаки. Дыхание ускоряется, она на секунду прикрывает глаза.
- На самом деле… Теть Лен, не злитесь, ладно? Мы не ходим на танцы. Точнее, ходим, но… не всегда.
- Как «не всегда»?! Что это значит? Ксюша…
- Да, знаю. Просто… Аня решила, что деньги на занятия танцами лучше потратить на другое. Я пыталась ее отговорить, но…
- Подожди, - проводит рукой по лбу мама Ханны. – Ксюш, что это значит? На самом деле те деньги, что мы даем Анне на танцы, она тратит на другое? Она вообще ходит на танцы?!
- Ходит. Ходила пару раз.
- Пару раз?! Как так… За этот месяц она отдала деньги?
- Н-нет. В этом месяце она туда не ходила.
- Час от часу не легче, - вздыхает мама Ханны и встает из-за стола. – И куда ушли эти деньги?
Ханна на днях пригласила Лауру и еще нескольких их общих друзей посидеть за ее счет в недавно открывшемся ресторане, а еще в один из вечеров они выбрались в клуб. Остаток денег Вишневская собиралась потратить на солярий, посещать который родители ей запретили.
Лаура округляет глаза и прикладывает пальцы к губам, как бы не веря, что у нее вырвалось подобное. Что она проговорилась и подставила подругу. Лучшую подругу.
- Н-нет, извините. Я не могу. Не знаю, зачем вообще сказала… Извините.
- Ксюша. Ксюш, послушай, мне нужно знать. На что она тратит деньги?
- Не могу. Не могу сказать.
Мама Ханны хмурится сильнее. Должно быть, напридумывала себе ужасные подробности, на что тратит предназначенные для танцев деньги ее дочь. И пусть. Пусть думает, что угодно.
- Н-ничего такого. Аня не делает ничего плохого. Просто… Зря я вообще сказала.