— Кого видел? — не сразу понял его намек, а потом нахмурился и уточнил: — Вы хотите сказать, что к горцам едут только те, кто здесь?
Советник прикрыл глаза и чуть заметно кивнул, а на его губах появилась улыбка.
— При этом в Пуртанск вы отправились на галере и вас сопровождала еще одна, — потер я висок и вопросительно посмотрел на старика.
— Охрана, — коротко ответил тот.
Бред какой-то! Я-то голову ломал, где разместить кучу приезжих, продумать как передвигаться большим караваном. Подсчитывал время в пути и на основании этого строил маршрут. Но это не проблема, полчаса и откорректирую план передвижения. Другой вопрос, что это за потешная делегация такая отправлена к горцам! Наперсницу в расчет не беру, тут только два главных лица, если правильно понимаю. Старик и недавно признанная дочь императора. Если первый является советником, о котором слышать не приходилось, то именно у него должны быть некие предложения нашего императора к горцам. Выбор-то не богат! Вряд ли Иштанию кто-нибудь воспримет всерьез, как бы ни обидно звучало, но девушка в большой политической игре лишь разменная монета. Однако, ее безопасность важнее, но при этом ей выделили всего двоих телохранительниц и позволили взять одну служанку. Что-то не сходится! Меня пытаются обмануть и это очень печально. Ничего, этот вопрос задам Журберу с глазу на глаз, а еще могу с дочерью императора переговорить. Мы с ней, вроде бы, нашли общий язык, когда познакомились в столице. Правда, там она мне показалась более независимой, дерзкой и наглой, но при этом милой и похожей на мою мелкую сестру. И, что интересно, почему-то не захотела раскрывать наше с ней знакомство. Почему это желает скрыть от своих спутников?
— У вас нет даже помощника? — задал я очередной вопрос Журберу.
— Слуга, но он не переносит путешествия по воде, поэтому в Пуртанск собирался добираться дилижансом.
— А кто еще к нам присоединится? Или ваш слуга такой один?
— Господин Айлексис, думаю, у каждого свой круг обязанностей, всё знает тот, кому мы служим, — хмуро произнес старик.
Другими словами, он дал понять, чтобы не совал нос куда не просят. И это за невинный, в общем-то, вопрос.
— Сам бы не хотел вдаваться в детали, но они необходимы, — я невозмутимо посмотрел на советника императора. — Поймите правильно, если к нам попытаются присоединиться пару десятков человек, то выполнять свои обязанности мне будет сложнее.
— Граф, вы не совсем поняли, — вступила в разговор баронесса, — мы подчиняемся императору и только ему! Если от него поступит приказ или указание увеличить состав делегации, то так тому и быть, понравится вам это или нет.
— Госпожа Муршаева верно сказала, — хмыкнул Журбер, — вам останется только сделать все возможное, если к нам кто-нибудь примкнет.
Не желают раскрывать карты. Сами не знают или считают себя мудрее, опытнее или набивают цену? Впрочем, не исключаю, что так себя ведут, потому что сами не понимают происходящее. Зато уже примерно ясно, почему тут такая напряженная атмосфера. Путешествие до Пуртанска выдалось для всех неким испытанием. Готов поспорить, что эти особы отыгрывались и срывались на моряках. Именно поэтому и не появился капитан, а лейтенант не захотел даже мимолетно с ними пообщаться, представив меня, как требует того этикет.
— Я готова, пошли, — сказала появившаяся Иштания.
Журбер удивленно приподнял брови, наперсница дочери императора хмыкнула, демонстративно осмотрела девушку и буркнула:
— Давно бы так.
Девушка преобразилась до неузнаваемости. Гордый взгляд, высокая прическа, дорожное платье темно-синего цвета, в мочках ушей аккуратные серьги, на пальчиках несколько колец, в руке дамская сумочка и белые перчатки. В ауре всполохи жесткости и независимости, а еще что-то похожее на готовность дать бой всем и каждому. Только непонятно, с кем она собралась сражаться? Хотя, думаю, что за себя. При этом она стала похожа на ту, с которой когда-то танцевал мой двойник, а потом уже свел я знакомство. Как там она меня назвала? Упырь? Ну, понятно, сильно удивилась обнаружив живым и чуть не заколола стилетом. Но почему здесь встретила в таком виде, а потом молниеносно, за считанные минуты, преобразилась? Она не знала, что мне выпала честь ее сопровождать? Хм, а честь ли? Нет ли и в этом некого плана императора? Вряд ли, он не всемогущий и не всезнающий. С другой стороны, мог и просчитать, что герцогу придется отправить сына, который даже официально не объявлен наследником. Впрочем, если погибнет один, то на этом ветвь семьи Айлевиров не оборвется. А на неопытности сыграть намного легче, чем с теми, кто долго жил интригами. Кстати, Журбер не похож на манипулятора, он просто старый брюзга и наверняка сторонился от придворной жизни. Или вновь спешу с выводами?
— Идем, — поднялся со своего места советник императора.
— Зурба, Марба — багаж, — повелела баронесса, посмотрела на горничную и сказала той: — Сарика не забудь вещи своей госпожи.
— Госпожа Муршаева, указания личным слугам и телохранительницам даю только я, — чуть слышно произнесла Иштания. — Не забывайтесь!
Баронесса опешила, воительницы остались невозмутимы, а горничная просияла и облегченно выдохнула.
— И кто же наши вещи перенесет с галеры? — ехидно поинтересовался Журбер.
— Меня это не интересует, — дернула плечиком дочь императора и посмотрела на меня: — Граф, мне долго ждать? Сказала же, что хочу покинуть это осточертевшее судно!
— Прошу следовать за мной, — склонил я голову, не понимая поведения Ишты, та не похожа на ту с которой познакомился когда-то.
Правда, обстоятельства другие и требуют от девушки казаться не той, кем ей хочется быть. Даже в ее глазах и то какая-то тоска и усталость, нет задора и беззаботности. Разумеется, другого ждать и не приходится.
— Лейтенант, позаботьтесь о вещах своих пассажиров, чтобы их выгрузили, прежде чем галера отчалит, — сказал я морскому офицеру, который провел меня на судно.
— С удовольствием, — буркнул тот неприязненно посмотрев на Иштанию.
Что же на корабле произошло? Жаль сейчас об этом узнать не могу. Если дочери императора нанесли оскорбление, то за это должны ответить. Кстати, сама Ишта делает вид, что не замечает ни офицера, ни моряков, смотрит вдаль и ждет, когда продолжим путь. А вот обычные матросы не испытывают неприязни к моей высокопоставленной спутнице. Сумел прочесть несколько аур и в этом убедился, они сочувствуют девушке и хотели бы ее подбодрить, а расставаться так и вовсе не хотят. Чем-то она парней к себе расположила, тем удивительнее, что так покидает галеру. Капитан судна неоднократно нарушил все рамки приличий, не говоря уже об этикете. Посчитал, что он на галере царь, Бог и судья? В какой-то мере это так, но не стоит забывать, что любой корабль и экипаж без помощи с берега, от тех, кого моряки привыкли презрительно называть сухопутными крысами, долго ходить по воде не сможет.
— Граф, дайте руку, — попросила Ишта, когда мы подошли к сходням, чтобы спуститься с судна.
— Вы боитесь высоты? — удивился я.
— С ума сошли? Нет, но упасть могу, туфли новые надела, — чуть слышно буркнула девушка.
А ведь это очередная мелкая пакость офицеров галеры. Для такой особы они могли бы другой трап использовать. Уверен, он на судне имеется.
— Поднимались на борт по такому же мостику? — уточнил я, чтобы убедиться в своих подозрениях.
— Нет, нас встречали не так, — криво усмехнулась девушка, вложив в мою протянутую руку ладошку.
Капитан галеры зря мелко мстит, девушка такое точно не простит, а если забудет, то я ей напомню. Мы с дочерью императора успешно преодолели препятствие, правда, в один момент борт галеры дернулся, сходни качнулись и Ишта с трудом устояла на ногах. Если бы она меня за руку не взяла, то могла бы действительно упасть.
— Позвольте вам представить графиню Иштанию Вилар, — сказал я собравшимся на пирсе.
После представления кого и как зовут, последовали, как это принято, расшаркивания, раскланивания, комплименты и стандартные вопросы о том, как добрались.
— Госпожа Иштания, надеюсь, вы окажите мне честь и остановитесь в моем поместье? — задала вопрос Азалия, после того как этакое официальное знакомство закончилось.