— Давай с плохой.
— У портала вас ждет засада. Около трех сотен вооруженных мертвецов. А на самом портале заклятие неведомой мне магии появилось. Судя по сверкающим рунам на его столбах, Хранитель уже пытается его открыть, но боюсь, вам это мало поможет.
— Почему? — Я боялась услышать ответ.
— Потому что еще есть очень плохая новость. С той стороны, откуда вы пришли, к ущелью мчится целая армия. Их тысячи. И они доберутся до вас раньше, чем Хранитель порталов разрушит заклятье и придет вам на помощь.
— Что-то не так? — ко мне подошел взволнованный Асиф.
Кое-как совладав с удушающей паникой, я отвела его в сторону, чтобы уж точно никто больше не услышал:
— У портала засада. И вдобавок с другой стороны мертвецы приближаются. Нас могут просто задавить с двух сторон в этом ущелье…
Судя по враз остекленевшему взгляду олимца, его реакция была еще хуже, чем у меня.
— Не смей раскисать! — сквозь зубы процедила я. — Ты, в конце концов, правитель! Олимцы рассчитывают на тебя!
— Но это же все… это конец… — Его голос дрожал.
— Ничего не конец! — Я сжала руки в кулаках. — Слушай меня внимательно. Вы продолжите путь к порталу, но в определенный момент остановитесь, нужно будет выждать время. Если вдруг мертвецы двинут вам навстречу, придется сражаться. Но я все же надеюсь, что мои друзья придут вам на выручку раньше, чем дойдет до схватки.
Асиф кивнул. Вроде бы взял себя в руки.
— А ты?
— А я… — я перевела дыхание, — я пойду назад.
— Но… но это же верная смерть, — олимец даже растерялся.
— Если я этого не сделаю, то верная смерть ждет нас всех, — я отвела глаза. — Вряд ли я смогу сдерживать мертвяков слишком долго, но очень надеюсь, что этого времени окажется достаточно. А людям скажи, что я… эм-м-м… ну к примеру, Магерам пошла убивать. Нечего их лишний раз пугать правдой, пусть думают, что все по плану.
— Спасибо… Спасибо от всего моего народа.
— Пожалуйста. — Я выдавила улыбку.
И чувствуя себя самым геройским героем, я направилась к Авенсису. Не хватало только эпичной музыки, заката на фоне и вытирающих слезы умиления зрителей. Прекрасно понимала, что накатившая на меня неестественная веселость лишь признак начинающейся панической истерики.
— Передавайте от меня привет орбаганской земле! — забравшись на грифона, я помахала олимцам рукой и шепнула Авенсису: — Летим назад ко входу в ущелье.
Он осторожно поднялся вверх, стараясь не врезаться крыльями в скальные стены, и наконец свободно взмыл в небо. Я бросила безрадостный взгляд на черную ленту тянущегося внизу ущелья и виновато пробормотала:
— Авенсис, прости, пожалуйста, что тебе достался такой непутевый человек. Мало того что у меня с позитивными эмоциями всегда косяк, так еще и геройствовать собралась… Но прошу тебя, выполни напоследок одну просьбу. Помоги олимцам отбиться от нежити, если вдруг мертвецы доберутся до них раньше, чем Наташа с Андреем подоспеют.
— Я предпочел бы остаться с тобой, — возразил он. — Ты вольна распоряжаться нашей жизнью, и я разделяю твое решение. Но в последний миг я хотел бы быть рядом.
Грифон опустился на землю, я спрыгнула и обняла его за шею:
— Спасибо, Авенсис, но там ты нужнее, правда, — стоически сдерживала накатывающие слезы.
Он ничего не ответил. Чуть отстранившись, несколько мгновений смотрел на меня немигающим взглядом, будто бы безмолвно прощался. И резко взмыв вверх, исчез в темноте.
Я огляделась. Прямо за моей спиной чернел узкий вход в ущелье. Хоть в чем-то мне повезло — здесь держать оборону будет куда проще, чем на открытой местности. Талисман уже накалился настолько, что засиял. Да и земля стала ощутимо подрагивать. Видимо, Авенсис не преувеличил, и сюда действительно спешила целая армия.
Не прошло и пяти минут, как сумрак горизонта почернел. Будто бы там разрасталось громадное чернильное пятно — мертвецы приближались.
— На тебя вся надежда, родной, — мимолетно я коснулась камушка на сережке.
Глубоко вздохнула, собираясь духом, и по велению мысли в моей руке возник меч с пылающим клинком. Я ласково скользнула ладонью по языкам пламени. Они игриво оплетали пальцы, свиваясь в диковинные колечки. Вспомнились слова Кариан, что я пока не познала и сотой доли этой стихии. И, похоже, так и не познаю.
Я снова подняла глаза к горизонту. Армия нежити приближалась. И не медля больше ни мгновения, я всадила свой меч в землю. В ту же секунду со страшным гулом вперед поползло пламя неумолимой стеной, обращая бессмертных мертвецов в не менее бессмертный прах. Столь мощная атака давалась тяжело, и я прекрасно понимала, что долго не продержусь. И так надо было экономить силы.
Неожиданно почувствовала тепло на левом предплечье. Орбаганский браслет сам сполз к пальцам. Изящное золотое плетение, светясь, разделилось на нити, и тут же из них сформировалась рукоять кинжала. Стоило ей лечь в мою ладонь, как появилось и узкое лезвие. Я даже ахнула от изумления. Одно дело — ментальные мечи, но про такие кинжалы я вообще не слышала ни разу. И уж тем более не подумала бы, что мой браслет способен на подобные метаморфозы. Видимо, Священные узы таил в себе еще немало тайн.
Но разглядывать изящный кинжал было некогда. Выдернув свободной рукой меч из земли, я отступила к самому входу в ущелье. Едва стена огня спала, на меня ринулись мертвецы.
Благо, из-за узости прохода одновременно нападать могли только двое. Да и особыми боевыми умениями неживые олимцы похвастаться не могли. Притом бессмертие их оказалось не таким уж и нерушимым. Хватало одного касания орбаганского кинжала, чтобы очередной мертвец рассыпался прахом. Но его место тут же занимал другой. И при всей выгодности моего положения, я неумолимо начала уставать.
Выпад, уклонение, поворот, взмах кинжала… Сражение превратилось в монотонную повторяющуюся картину. Я не чувствовала страха, не позволяла себе такой роскоши. Единственное, очень переживала, как там олимцы. Счет времени уже давно потеряла, но наверняка прошло уже больше часа.
Очередной нападающий за неимением меча швырнул в меня булыжником. Уклоняясь, я не заметила другого мертвеца и пропустила ощутимый удар в плечо. Хорошо хоть рукой, а не чем-нибудь колюще-режущим. Но пронзившая боль настойчиво намекала о вывихе, и даже почти невесомый меч стало тяжело держать.
Словно почувствовав мою слабость, мертвецы стали нападать с утроенной силой. Один таранул меня со всей дури так, что я врезалась спиной в скальную поверхность, только чудом не приложившись головой о каменный выступ. Подняться на ноги я уже не успевала. Волна пламени смела атакующих, но за ними лезли еще и еще. Я становилась все слабее, кое-как поднялась на ноги. Меч исчез, да и орбаганский кинжал снова стал браслетом на предплечье. Но я уже не боялась поражения. Донесшееся из глубины ущелья легкое дуновение ветерка красноречиво говорило об одном.
— Андрей, — прошептала я, улыбнувшись.
Если ветер долетел и сюда, то, очевидно, у портала сейчас бушевал настоящий ураган. А значит, олимцы будут спасены, все не зря.
Пламя слабело, его поддержание отнимало последние мои силы. Перед глазами уже плыло, когда вдруг меня что-то схватило и резко рвануло вверх.
— Авенсис! — я едва не расплакалась от радости, узнав друга.
Бережно держащий меня лапами грифон взмыл над мертвецами, но подняться еще выше не успел. Вдруг замерев на секунду, словно услышав что-то, он спешно опустил крылья, окутывая меня, как в кокон. И через мгновение раздался оглушительный хлопок. Неведомой силой нас впечатало прямо в скальную поверхность. Причем удар был такой мощи, что грифон протаранил камень, как сверло стену. Страшный скрежет сменился оглушительной тишиной. Ничего не видя, я отчетливо чувствовала, как Авенсис падает безжизненным камнем. Видимо, мы оказались в пещере. Благо, хоть высота здесь была небольшая — выскользнув из ослабевших лап грифона, я почти сразу очутилась на полу. И тут же рядом рухнул Авенсис.
ГЛАВА 4
Если друг оказался вдруг