– Не, я решил новое попробовать. Теперь я Эхан.
– Ха. Как лекарь из “Тыркамских пленниц”, – оживился Сионель.
– Тошшо, – улыбнулся Эхан, он же Ким, с набитым ртом. – Он лехар. Я лехар.
– Ты знахарь, – поправил его Тарк, спокойно расшифровывая загадочный язык набитого рта.
– Одна вош, – отмахнулся Эхан, с наслаждением поглощая игровую еду.
– Я вот смотрю на вас и удивляюсь. Вроде знаете, что едите понарошку. И всё равно, как в реале уминаете, – не удержался Тарк от сарказма, иронично разглядывая своих друзей.
– Вкусно же, – возмутился в ответ Сионель, не отставая от Эхана.
Тарк, в отличие от них, делал это степенно и размеренно, чтобы хозяин ненароком не обиделся.
К тому же жизненные показатели пока не требовали поднять уровень игровой едой или живительным эликсиром.
– Сестре немного оставьте, – предупредил он, когда на большом общем блюде осталось пару кусочков мяса.
– Рита с нами идёт? – сделал стойку Сионель.
– С нами... – Тарк подозрительно прищурился. – Вот только не забывай, кто её брат, – угрожающе предупредил он.
“Я здесь”, – пришло сообщение от сестры.
“Я встречу”, – предупредил Тарк и сорвался с места.
Мелкую он узнал сразу, хотя она сильно себя изменила. Накинула себе годков и это брату совершенно не понравилось. Рост тоже прибавила, как и округлостей.
«Вот же женщины!» – возмущенно рычал про себя Тарк, пока игровой перс сестрицы шёл к нему со шкодной улыбкой на смазливой мордашке и соблазнительной плавностью в походке.
Ярко-зелёные глаза под густой опушкой слишком длинных ресниц и рыжие колечки пушистой гривы настроения брату не прибавили.
Ритка угадывалась еле-еле. Оно и понятно. Возраст такой. Когда хочется быть кем угодно, но только не тем, кто ты есть. И Тарк обреченно вздохнул, вспоминая себя в таком же возрасте. И постарался взять себя в руки. Всё равно нотации бесполезны.
«Хорошо ещё, что одета по-походному», – оценил он её облегающий брючный костюмчик, одновременно вспоминая сумасшедшие платья на других девицах. А то, что костюмчик был в любимых сестрёнкой ядовитых желто-зеленых тонах, плюс неуместных оборок наляпано с перебором, – он уже и не заикался. Давно привык, что в одежде сестрёнке обязательно нужен какой-нибудь выверт.
– Я так самовыражаюсь, – нахально заявляла та на критику каждый раз.
Но вот что удивило брата, так это рыженький симпатичный пёсик, бегущий сразу за ней. Вроде видел такую породу, но сходу вспомнить не смог.
– Когда приблуду завела? – кивнул он в сторону умильной мордахи с няшными глазами и длинными висячими ушами, внимательно разглядывавшую его с высоты чуть ниже колен. Смешно, но рыжая шерстка собакена под пузом и на лапках заворачивалась точно такими же колечками, что и у сестрицы прическа.
– Так это Тай.
– Шутишь? – естественно, что брат не поверил.
– Прикинь. Сама не ожидала, – затараторила сестра, пока он вёл её в приват-комнату. – Мне разрешили взять его с собой в комнату. А он взял, да подключился к консоли после того, как я в игру вошла.
– Тогда откуда ты знаешь, что это Тай? – брат всё никак не мог поверить.
– Так Тай сам мне всё показал. Он умеет менять свою форму.
И Тарк с сомнением оглянулся на пёсика, который скромно потупив глазки, шёл за своей хозяйкой.
– Странно, – задумчиво протянул он, пытаясь вспомнить, какие модификации ботов были способны сами войти в вирт.
Вроде были такие. Но вряд ли они выглядели так ужасно, как бот сестры. Весь вид его (в реале, не в игре) кричал о том, что его начинка самая примитивная и многого ожидать от неё не приходится.
– Не боишься, что дисквалифицируют? – спросил Тарк, открывая дверь в приват-комнату.
– Подумаешь, – беззаботно пожала плечами фифа и вошла.
Друзья Тарка моментально по достоинству оценили увиденное, сально заблестев глазками.
– Мадонна! Истинная Мадонна, – запел Сионель, срываясь с места и прикладываясь к её ручке.
Тарк смутно помнил, что в предках Ника затесались итальянцы.
– В игре я Лиса, – жеманно в ответ пропела вертихвостка. – С ударением на первый слог. Не перепутайте, а то лиса что-нибудь вам откусит… – кокетничала она. Было видно, что мужское внимание ей нравится.
И Тарк злобно скрипнул зубами.
– Я Сионель, – представился Ник, отодвигая ей стул. – Напротив сидит Эхан.
Тарк хмуро уселся на своё место, пока друзья наперебой старались угодить его сестре. Не было печали. Теперь весь поход сторожи её. И он с тоской вспомнил её скромные подростковые формы. Вот почему она их не оставила?