Илья надолго замолчал, потом сказал:
— Тебе всё равно придётся признаться. Ты не можешь обманывать её вечно. Она страдает.
— Ты думаешь, я не вижу?! — разозлился Макс. — Но какие у меня варианты? Признаться, что я бесплоден, и сделать её несчастной? Это больно, Илья, очень больно! Я люблю её. Ты знаешь, что такое любить женщину всей душой?
— Знаю.
— Тогда ты меня поймёшь, — сказал Макс. — Ольга меня не бросит, не упрекнёт. Она меня даже пожалеет, ведь наша любовь взаимна. Мы пойдём в банк спермы и подберём подходящего донора… — Макса передёрнуло от брезгливости и презрения к самому себе. — Мы введём сперму незнакомого мужика ей во влагалище… Сука, меня тошнит от этой мысли!
Илья тяжело вздохнул. Потёр лицо ладонью.
— Она родит ребёнка, но всегда будет помнить, что это ребёнок не от любимого человека, а от неизвестного чувака из банка спермы, — завершил свою мысль Макс. — И я буду помнить. Это хреново, понимаешь? Даже залёт от случайного любовника лучше! По крайней мере, она будет знать, от кого родила. Будет помнить черты его лица, его запах, момент зачатия…
Они снова замолчали. Ветер шумел в кронах сосен, на озере послышался плюх. Щука вышла на весеннюю охоту.
— Ты надеешься, что Ольга… с кем-нибудь переспит и забеременеет? — тихо спросил Илья.
В его голосе не было ни осуждения, ни удивления, он просто уточнял информацию. Что ему ответить, чтобы не сдохнуть от боли?
— Не с кем-нибудь, — выдавил Макс, — а с парнем, который ей понравится. Разве не так решался этот вопрос во все времена? Екатерина Вторая переспала с Салтыковым, когда не могла забеременеть от Петра, а Мария-Антуанетта — с графом Ферзеном. Мужья не делали из этого трагедии. Сейчас ради этого женщины ездят в Сочи или Турцию. Ну или бегают к соседу.
— Я понял твою позицию, — ответил Илья.
В эту секунду Максу показалось, что он совершил непоправимую ошибку, которая разрушит его жизнь. После этого разговора ничего уже не будет прежним. По телу пробежала крупная дрожь. Илья продолжил:
— Но я всё равно считаю, что ты должен обсудить это с Ольгой. Иначе она будет чувствовать себя виноватой. Ты получишь ребёнка, а ей придётся скрывать измену, лгать и притворяться. Это тяжёлый груз, когда любишь мужа. Екатерина Вторая и Мария-Антуанетта любили своих мужей?
— Не знаю, — признался Макс. — Вряд ли.
— А Ольга тебя любит. Она будет раскаиваться в своей измене. Возможно, захочет сделать аборт, если будет уверена, что ребёнок не от тебя. Она же не знает, что ты бесплоден.
— Ты прав, — ответил Макс. — Я мудак, а мои планы — полная херня. Такая девушка, как Оля, заслуживает честности. Я должен сказать правду и первым подать на развод. Чтобы ей не пришлось жалеть меня, тащиться в больницу и использовать чужую сперму. Она достойна лучшего. Она ещё встретит своего человека и родит ему ребёнка. Естественным путём, в любви и согласии, как это и задумано природой.
— Это разобьёт ей сердце… — прошептал Илья.
— У меня нет выбора, дружище, — Макс хлопнул его по плечу и встал. — Спасибо, что выслушал и помог принять решение.
***
За столом остались только отец и дядя Боря. Отец курил сигару и попивал коньячок (и как в него столько влезало?), а дядя Боря свесил голову на грудь и похрапывал. Макс взял бутылку, чистый бокал и плеснул себе коньяку. Выпил до дна, не закусывая.
Вот всё и решилось.
Он строил хитрые планы, чтобы уложить Ольгу в постель с другим мужчиной, придумывал причины для секса втроём, врал о своих фантазиях и скрывал правду о бесплодии. Он собирался найти подходящего жеребца и втёмную его использовать. Он планировал выдать чужого ребёнка за своего.
Но что-то пошло не так. И он даже знал имя виновника — Илья Долин.
Совершенно неожиданно для себя Макс выложил ему правду. И услышал мудрый совет. И понял, что украл у любимой женщины три драгоценных года. Если бы он рассказал Ольге о бесплодии сразу же, как узнал сам, то к настоящему моменту она бы уже устроила свою личную жизнь. Это эгоизм — держать её рядом с собой, не давая того, о чём она мечтает.
Эгоизм, трусость и жестокость.
О чём он думал, когда втирал Ольге про секс втроём?
— Сигару хочешь? — спросил отец.
— Нет.
— Тогда по коньячку?
— Давай.
Отец наполнил бокалы и толкнул один к сыну:
— Ты не обижайся на Каролинку, ладно? Она не злая, просто беременность тяжёлая. То тошнит, то анализы плохие, то угроза выкидыша.