Ещё раз вдохнула и выдохнула. Тяжёлая дверь, запах хлорки и горя, усталые лица, спрятанное от посторонних глаз в углу окошко регистратуры. Милая девушка с напряжённым усталым взглядом. Проворно кладу свою сумку на стол, протягиваю пару крупных купюр, девица округляет глаза.
- Реанимация. Дарий. Мой знакомый. Скорая привезла сегодня, час назад, может, два.
- Уберите! Это пятый этаж, реанимация там. Вас все равно не пустят.
- Проводите?
- Как же я отсюда уйду? Там просто, на лифте.
Бросила деньги, ей они нужнее, чем мне. Кажется, вслед что-то кричат. Лифт, похоже, вышел из фильма ужасов. Весь скрипит, страшно, что оборвется.
На каждом этаже кто-то заходит, выходит. Лучше б по лестнице шла. Было бы намного быстрее. Наконец, пятый. Коридор, двери, девочка за столом, медсестричка, скорее всего. Взгляд цепкий, да только ничем она не поможет мне. Не в ее это власти.
По коридору широким шагом идёт мужчина в белом халате. Врач. Если кто и способен меня провести в палату, так только он. Местный царь и начальник. Бросилась наперерез, чуть с ног не сбила. Остановился, смотрит в лицо.
- Какая палата?
- Дарий. Только что привезли.
- Он вам кто? Муж?
- Муж, - киваю я, соглашаясь. Пусть так, лишь бы только пустили.
- Я как раз туда. Подождёте в коридоре.
- Он не умрет? Я имею в виду, не умрет прямо сейчас?
- Не думаю, там не правильно все. Идёмте. Позднее смогу подробно объяснить. Удивительная регенерация или ошибка в диагнозе, что вероятней. Пока показатели в норме.
Мужчина обогнул меня по дуге, придержав за плечи, и ворвался в палату. Ждать, когда пригласят? Не могу. Я должна ослушаться и войти. Не звери же тут, в самом деле. Или стоит проявить каплю смирения? Слишком многое сейчас на кону, чтобы просто стоять. Из-за двери послышался громогласный крик.
- Это что здесь происходит? Кто разрешил?! Лечь и лежать!
Дверь распахнулась. Дарий стоит на пороге, скорей, его тень, небрежно обернутся в фантик синтетической простыни.
- Живой, - зачем-то сказала я.
- Мне значительно лучше, я благодарен вам за заботу. Позвольте лекарю меня отпустить, так будет лучше для всех.
- Что с Верой? Где она?!
- Девушка! Я все понимаю! Но это больница! Отделение интенсивной терапии! Реанимация! Он умереть может! – похоже, врач сейчас утащит обратно моего «мужа».
- Плевать. Что с Верой? Где моя дочь?
- Наша дочь. Мне жаль, - в голове стало мутно и глухо, пытаюсь уцепиться за реальность, она уплывает, никак не хочет остаться достаточно яркой, чтоб все понимать,
- Веро́ника, я ... мне пришлось рассказать все о ней своей матери.
- И? - вышло только прошептать. Мир вокруг вертится и сереет.
- Мать наверняка забрала ее к себе. Последняя девочка в роду, единственная в своем поколении. Мои сестры не смогли оправдать надежд.
- Она жива?
- Безусловно.
Воздух со свистом прорвался в грудь, я снова живу и дышу. Дочь жива, просто ее украли. Не понятно зачем. Дарий знает, наверняка знает, теперь он не отвертится. Не отпущу!
- Где она?
- Я точно не знаю. Может быть, во дворце, если дела совсем плохи. Или на острове, там монастырь. Кажется, так это здесь называют. Там обучают девочек ... Многому. Я все расскажу, только не здесь. Прошу, разрешите мне уйти с вами. Если Веру поместят в монастырь, вы очень долго ее не сможете увидеть, супруга.
- Монастырь? Убью. Пусть только посмеют. Какой монастырь, где?
- Не здесь.
- Она, хотя бы, в России? - сердце замерло, будто остановилось. Доктор что-то кричит, пытается оторвать руку Дария от косяка, к нам бегут санитары и медсестричка с поста.