- Ушла?
- Благодаря вам.
- Наблюдения нет, но поторопись.
- Спасибо.
Не хотелось бы знать, кем он меня считает теперь, и какие пойдут слухи по двору нашего элитного дома. Все потом, сейчас и это не важно.
- Ты останешься ждать меня здесь или сможешь подняться в квартиру? Второй этаж, имей в виду, лифта нет.
- Я поднимусь. Если вы разрешаете.
- Только не умри по дороге.
- Веро́ника, я не совсем человек. У моей расы другая способность восстанавливаться.
- Дроу. Я помню, ты говорил мне тогда. Шутка зашла немного далеко, не находишь?
- Это не шутка.
Чистая парадная полна запахов. За каждой дверью готовят обед, ждут, когда все вернутся с работы, из школы. Верят, что дома за столом непременно соберётся вся семья. Тоска топит душу. Ничего, я прорвусь. Были бы силы и деньги. И того и другого, благо, хватает. Дарий печатает шаг по ступеням, украдкой хватаясь за перила. Поднимаемся целую вечность. Надо было оставить его у машины. Зачем взяла, не понимаю. Побоялась, наверное, что сбежит. Дверь только прикрыта, но зато опечатана, полицейские постарались. И на том спасибо, что не оставили нараспашку. Ни секунды не сомневаясь, сдергиваю бумагу и прохожу домой.
- Что нужно взять кроме заграна?
- Платье. Если у вас есть длинное и закрытое. У нас так принято носить людям. Такое найдется? Если нет, я куплю уже там, дома, любое, какое вы захотите. Об этом можно не беспокоиться. У вас очень красиво, я могу посетить комнату дочери? Вы покажете мне ее портрет?
- Где же ты был раньше со своими деньгами? Первый год мне не хватало даже на распашонки. Помнишь Колю? Он приносил те, из которых выросла его сестрёнка. Вера донашивала. Представляешь, у нее не было ни одной новой вещи! Ни одной! Я ничегошеньки не смогла купить ей нового! За весь первый год, - бросилась я искать документы по всем ящикам своего письменного стола.
- Я переправлял золото. Каждый год по одному тяжёлому слитку.
- Да, ладно! Мне-то хоть не ври! Я не получила ни копейки. Куда ты их слал?
- На тот адрес, что был указан тобой в бумагах. Я специально смотрел. Город Подольск, улица Кирова, дом шесть, квартира тысяча первая.
- Лжешь! Там живёт моя мать. Она бы сказала!
- Я отправлял при помощи сестры, Агаты. Она не могла обмануть.
- Врешь! Да где же он?! Куда я могла засунуть свой паспорт?!
- К сожалению, я не знаю и не лгу.
- Хочешь, я ей позвоню?! Моей матери? Вот прямо сейчас?
- Как вам будет угодно.
Повинуясь порыву, набрала номер, включила громкую связь, мало ли. Хоть мы и не общаемся особо уже много лет, вдруг да мать меня станет искать из-за внезапного отъезда? Не должна, но может.
- Алё? Вероника, это ты?
- Я. Скажи, где та гора золота, которую слал отец Веры? - спросила я, чуть не шутя. Мать на удивление смолкла.
- В банке. Я туда относила.
- Оно существует? Почему ты мне не сказала?!
- Зачем? Ты не спрашивала и не звонила. Сколько лет? Пять. Пока институт не закончила. Позвонила, только чтоб сообщить, что получила красный диплом. Все на месте. Я ничего не украла. Явишься - заберёшь.
- Мама?!
- Давно ты меня так не называла. Тебе нужны только деньги, я всегда это знала!
- Что ты несешь!
- Не смей со мной так разговаривать! Приедешь и заберёшь. Все! Я все сказала!
Бросила трубку. Золото. Целая гора золота прошла через ее руки, и мама молчала, когда мы с Верой так нуждались. За что? Почему?
- Мне жаль, что так получилось. Моя вина ужасна. Я полагал, что вы ладите.
- Ладили. Пока в моей жизни не случился ты! Мать меня выгнала вместе с пузом, чтоб только из соседей никто не увидел. Назвала арабской... Не важно. И никогда больше сама первая не позвонила. И черт с ней, пусть живут, как хотят, она и мой братец. Мне от них ничего не нужно. И золото я твое верну тебе же, видишь, не пригодилось.
- Веро́ника, у нас так принято. Муж обязан делать для своей жены все. Это золото твое по праву. И оно, и мой дом, и все остальное, что я смог заработать. Все, понимаешь? - от проникновенного голоса и непонятного взгляда стало больно. Он ведь, действительно думал, что у нас все хорошо, что мы обе ни в чем не нуждались. Заботился, как умел.