- Что тебе снится? – я говорила не только об этом сне. Во время нашего путешествия вдвоём, в убежище Умбры Айолина мучили кошмары. Что могло беспокоить мужчину, мне оставалось лишь предполагать. Быть может, неопределённость судьбы. Но отчего-то не верилось, что гомункул способен настолько бояться смерти от энтропии, чтобы страх сковывал его даже во снах…
Мужчина устало взглянул на меня.
- Как ни странно, ничего особенного. Люди. Не помню точно, о чём они говорят, и что делают, но в их поведении нет ничего ужасного… Совершенно точно никто из них мне не знаком, но почему-то, наблюдая за ними, я ощущаю ужас. От страшной неестественности, мерзости происходящего и чувства потери… Что это?
Айолин заглянул мне в глаза, словно я могла дать ему ответ на этот вопрос, но я лишь покачала головой.
- Не знаю, - голос мой дрогнул лишь чуточку. - Ты видишь одних и тех же людей?
- Большей частью они разные... Но некоторые лица всё же повторяются. Впрочем, я не уверен. Плохо помню их после пробуждения, детали сновидений становятся смазанными. А через пару дней, я и вовсе с трудом вспоминаю, что снилось.
Неожиданно он улыбнулся, чуть утомлённой, но такой тёплой улыбкой, что я не могла не улыбнуться в ответ. Пальцы Айолина едва ощутимо огладили кожу моего плеча, очертили изгиб шеи и, наконец, заправили прядь чуть вьющихся волос за ухо.
- Прости, что разбудил. У тебя и так достаточно поводов для беспокойства, чтобы выслушивать ещё и мои жалобы на кошмары. Важно другое.., - почти невесомые касания к моей коже внезапно стали более уверенными и весомыми. Дрожь предвкушения прошла по позвоночнику от неуловимо изменившегося мужского голоса. - Раз уж мы всё равно теперь не спим… займёмся чем-нибудь поинтереснее?
- Никогда бы раньше не подумала, что ты настолько помешан на сексе!
В моём голосе сквозило притворное удивление и возмущение, но боюсь за подобную актёрскую игру не дали бы и гроша. Когда моя спина вновь коснулась простыни, а Айолин лёг сверху – такой твёрдый, сильный и теперь уже горячий, способность мыслить окончательно испарилась.
- О, я помешан не на нём.
***
Весь следующий день я не могла не думать о снах Айолина. В моей голове бродила пугающая и безумная догадка, но делиться ею я пока ни с кем не собиралась. Настолько она казалась невероятной и противоречила всему, что я знала об Орме.
Чтобы убедиться в своих предположениях или опровергнуть их, мне нужно было ощутить душу Айолина, также, как это было с Умброй во время его перемещения в новое тело.
Эта возможность должна была представиться уже скоро – колдун в последнее время практически не вылезал из подвала. Работа над телом находилась на последней стадии, и я буквально кожей ощущала напряжённое ожидание, зависшее над домом.
Мне, впрочем, тоже было чем заняться. Я хотела, как можно лучше изучить свой дар, прежде чем браться за Айолина. Просто чудо, что в прошлый раз с Умброй всё прошло гладко. Тогда большей частью я полагалась на интуицию, а не на реальное понимание происходящего. И теперь хотелось исправить это упущение.
Сейчас я могла поменять свою и чужую души местами, но время и расстояние ограничивали дар. Способность действовала не больше получаса, и я не должна была отдаляться от жертвы больше чем на триста-четыреста метров. Как показало моё столкновение с наёмниками аукциона в Шуоке, даже с этим уже можно кое-что провернуть. Однако я надеялась, что со временем смогу увеличить время воздействия и площадь покрытия дара.
Но это ещё не всё. Обмен телами – по большому счёту лишь базовый дар Генерис. Даже не магия по меркам Орма. Тёмная могла считаться колдуньей именно потому что преодолела естественный потолок дара и сумела взаимодействовать с душами на более высоком уровне.
Проблема в том, что я не знала, на каком аспекте силы Генерис сосредоточила свои амбиции. Чего достигла и что умела накануне своего провала. Поэтому при всём желании пойти её путём было невозможно, но у меня были и свои идеи.
Умбра, когда услышал о моём плане, лишь присвистнул:
- У тебя губа, смотрю, не дура! Но как ты собираешься осуществить задуманное? Тебе нужны подопытные.
Мне хватило одного взгляда в синие глаза, чтобы понять – колдун уже прикидывает, как добыть мне «добровольцев» для экспериментов. Но я махнула на него рукой.
- Обойдусь для начала птицами и грызунами. Может быть, ничего ещё не выйдет…
- Это всё же не то, - возразил колдун. – Мы пока не знаем, могут ли люди сопротивляться твоей способности. Ты ловко разделалась с тем головорезом в Шоуке, но на твоей стороне был элемент неожиданности. В следующий раз может так не повезти.