Лязг стали бил по ушам. Я видела, как множились влажные полоски крови на полу, но могла лишь беспомощно наблюдать. Как раз за разом сталкиваются и разлетаются в стороны смазанные силуэты двух мужчин.
Кому улыбалась удача, а кто проливал свою кровь, сказать было невозможно. Как и помочь в сражении. В соседней комнате всё ещё стояли клетки с птицами. Будь наш враг не таким быстрым, просто человеком, я рискнула бы заманить его душу в безобидное пернатое тело. Но при такой скорости дар был просто бесполезен.
Внезапно меч неприятеля отлетел в сторону, а сам он рухнул как подкошенный на пол. По его телу, словно серебристая змея, скользнула тонкая цепь. Она устремилась от связанных щиколоток гомункула к бёдрам. Стянула руки, плечи и замерла, обхватив в последнем обороте шею мужчины.
Хотя на вид звенья казались слишком хрупкими, чтобы удержать даже человека, я видела, с какой силой артефакт впивается в одежду и кожу пленника. Откуда-то я знала, что достаточно Айолину лишь пожелать, и цепь начнёт сжиматься, разрезая плоть.
Понял это и противник, потому как оставил вялые попытки сопротивления и замер, с ненавистью глядя на склонившегося над ним Айолина. Темноволосый покачал головой, на лице его читалась непонятная смесь раздражения и восхищения.
- Находчив, зараза. Не подходи ближе, - остановил меня гомункул, заметив, что я собираюсь кинуться к нему. Он говорил медленно, с запинками, словно речь давалась ему с трудом. – Проветри комнату. Он бросил мне в лицо какую-то дрянь. Едва стою на ногах.
Я вспомнила, как гомункул повязал меня на улицах Шоука. Похоже, в кармане у него найдётся пара-тройка грязных трюков. К счастью, они были и у Айолина, иначе исход этого столкновения мог бы быть иным.
Отворив все окна, я присела на безопасном расстоянии, хотя больше всего мне хотелось проверить, что с темноволосым мужчиной. Гомункул сел неподалёку от пленника прямо на пол. Рубашка его вымокла от пота и крови. В прорехах тонкого льняного полотна алела плоть – со своего места я не могла разглядеть, открыты раны или уже зарубцевались.
Было много способов замедлить регенерацию гомункулов. И если наш незваный гость нанёс на своё оружие какую-нибудь дрянь…
Наконец, Айолин с трудом поднял голову и посмотрел на меня. Взгляд его едва фокусировался на моём лице. Похоже, он с трудом оставался в сознании. С сожалением мужчина заметил:
- Принеси реактив из лаборатории.
До меня, в отличие от связанного гомункула, смысл его слов дошёл не сразу.
Айолин собирался воспользоваться зельем, вызывающим энтропию искусственных тел, и убить нашего незваного гостя. Я перевела взгляд на пленника, лицо которого застыло и потеряло всякое выражение.
Должно быть, ему страшно. Если только Мириус и Лидия позволили ему испытывать это чувство.
Жалость шевельнулась внутри, хотя я понимала, что это не просто прихоть или жестокость со стороны Айолина. Я видела о чём думал он в это мгновение также чётко, как если бы мысли моего возлюбленного были написаны на листке бумаги.
Он не хотел убивать себе подобного.
До смерти не хотел.
Однако ещё больше он боялся за меня.
Заметив моё сомнение, мужчина с трудом проговорил:
- Я не знаю, удержит ли его цепь. Сколько она продержится. Артефакт предназначен для обычных гомункулов.
Гомункул потёр лицо в тщетной попытке отогнать дурман.
- И эта дрянь… Не уверен, что сумею остаться в сознании. А если даже сумею, сейчас я не способен тебя защитить.
Признавать это ему было тяжело. Возможно, Айолин впервые столкнулся со столь серьёзным противником. Я не знала, почему именно он победил – был мужчина сильнее нового гомункула Лидии или ему просто повезло – но он явно не собирался оставлять такому опасному врагу и шанса.
Я молча спустилась в подвал и принялась, особо не церемонясь, искать на полках нужное. После меня в лаборатории воцарился хаос, но, думаю, братец переживёт подобное святотатство.
Наконец, нашла ряд бутыльков с мутной грязно-розовой жидкостью. На горлышке каждой из них красовался ярлык. Умбра редко писал названия эликсиров полностью, предпочитая сокращения, понятные ему одному.
Ладно, теперь не ему одному. Большая часть условных обозначений была мне прекрасно знакома, благодаря воспоминаниям колдуна. Прихватив реактив, на другой полке я отыскала бутылёк с прозрачной жидкостью из источника, и вернулась наверх к Айолину.
- Ольга, не надо, - вымученно запротестовал гомункул, заметив в моих руках лишнюю склянку и сразу сообразив, что я решила сделать. - Если ты думаешь, что он будет рад свободе и благодарен тебе, то ошибаешься. Он пёс Джарела. Лидия создала его с этой целью. Идеальным для Тайной службы и выполнения грязных поручений. Вероятнее всего, он станет думать, как использовать полученную информацию, чтобы ударить тебя побольнее.