- А у нас здесь есть ещё кое-какие дела, - Айолин многозначительно посмотрел на меня. – Найдешь нас на постоялом дворе, как закончишь.
На этом мы с колдуном расстались, а я покосилась на подозрительно довольного гомункула и уточнила:
- Какие это у нас дела?
- Забыла? Пойдём к Мириусу, узнаем у него подробности нашего сотворения. Заодно выпытаем, сколько ещё «младших братьев» у меня есть. Если они всякий раз будут пытаться выпотрошить меня во время нашего знакомства, лучше быть к этому готовым…
Глава 68
Мириус Алькантри был одним из самых известных алхимиков Стейнхорма. И дело не только в славе партнёра Лидии, с которой на пару он создал трёх совершенных гомункулов. Мириус действительно был очень способным. Не даром, Умбра бесился всякий раз, когда слышал его имя.
Если верить Айолину, расценки Алькантри были просто грабительскими, однако это нисколько не влияло на количество желающих заказать у него эликсир или гомункула. Тем не менее, жил мужчина довольно просто и заподозрить в нём одного из самых состоятельных магов столицы было никак нельзя.
Дом его стоял в торговом районе Дэса, и был почти неприлично крошечным, а небольшой сад вокруг, похоже, никогда не знал руки садовника. То тут, то там торчали сорняки, а единственное деревце страдало то ли от вредителей, то ли от болезней.
Айолин лёгкой поступью взошёл на крыльцо, взялся за массивное дверное кольцо и трижды постучал. Долго не было никакого отклика, но гомункул лишь терпеливо ждал.
Затем из глубины дома послышались тяжёлые шаги. Скрипнул замок, и дверь неохотно отворилась.
Что ж, полагаю господина Алькантри не особенно заботило мнение окружающих.
Я искренне понадеялась, что под одеялом, в которое, словно в кокон, был завёрнут алхимик, есть хотя бы что-нибудь из одежды. Тощие длинные ноги, оголённые до середины бедра, намекали, что шансы на это не очень велики. Как и обнажённое плечо. Мужчине пришлось вытащить одну руку из одеяла, чтобы открыть нам дверь, другой он поддерживал ткань, скомкав её в кулаке.
Тёмные волосы алхимика торчали в разные стороны с почти неправдоподобным усердием, словно Мириус специально уложил их таким образом. Как минимум трёхдневная щетина и мешки под глазами намекали, что в последнее время жизнь Алькантри не задалась.
Или, наоборот, слишком задалась. До моего носа донёсся запоздалый дух перегара.
Сначала Мириус посмотрел на меня, и взгляд его не отразил ни единой мысли. Затем он очень медленно, словно опасался любых резких движений, повернул голову в сторону невозмутимого Айолина. Тот заранее деактивировал кольцо, потому алхимик его узнал:
- Хм.
По губам гомункула скользнула мимолётная улыбка, а алхимик заторможено посторонился, пропуская нас внутрь. Босые ступни прошлёпали куда-то вглубь коридора, но Айолин за хозяином не последовал. Отодвинул в сторону ногой какой-то хлам, нагромоздившийся возле двери, и направился в сторону кухни.
Дом Алькантри полностью оправдал мои ожидания. Запущенная берлога учёного, которая не знала влажной уборки много лет. Солнце едва пробивалось сквозь прозрачную слюду окон, настолько она была запылённой и грязной. Свободных поверхностей в кухне по большому счёту не было – всё, куда только падал глаз, заставлено грязной посудой и чайниками.
- Зачем ему двенадцать чайников? – поразилась я.
- Их больше, - меланхолично заметил гомункула. - Но нам повезёт если мы найдём хотя бы один в приличном состоянии. Мириус вечно забывает их на огне. И про огонь тоже забывает. Пока он, наконец, не зачаровал свою халупу, она горела семь раз.
Следов огня видно не было, зато вся обстановка в кухне оказалась новенькой, хоть и порядком грязной. Видимо, заменили утварь не так давно.
- Садись… если найдёшь куда, - Айолин последовал своему совету и смахнул какое-то тряпьё с ближайшего к нему стула.
Хозяин вернулся к нам минут через пятнадцать, всё такой же помятый, но уже изрядно более бодрый. Одеяло сменилось домашней одеждой, если её можно было так назвать. Маг щеголял в странном коротком халате кирпичного цвета, полы которого не доходили до колен, и домашних тапочках, плетённых из кожаного шнура.
- Ладно, ты зачем-то пришёл ко мне? Никогда не поверю, что заскочил ради чашки чая или обмена последними новостями.
Мне показалось, что в голосе алхимика мелькнул укор – ни дать, ни взять, матушка, журящая сына за то, что слишком редко звонит. Айолин его слова проигнорировал, только внимательно оглядел алхимика: