- Тогда попробую объяснить просто, - начал Алькантри, и я уловила в его голосе знакомые нотки. Ни дать ни взять Умбра, начинающий очередную свою лекцию. Видимо, все алхимики чем-то похожи. - Обычно сотворение искры очень муторное дело. На мой взгляд, гораздо сложнее, чем создание самой оболочки. Нужно учесть множество деталей, согласовать их между собой и заставить работать. Часто уже после вживления работу приходится переделывать. Доставать ядро, ломать связи, и всё по новой. Но Лидия…
Мужчина рассеянно почесал затылок.
- … всегда делала это очень легко. Когда я расспрашивал её, она говорила, что просто представляет сферу, которую нужно наполнить содержимым, словно корзинку фруктами. Затем остаётся только задать запрос и сконцентрироваться на нём. Отличный фехтовальщик, искусный любовник, хорошее чувство юмора или, быть может, вспыльчивость? Она наполняет сферу до тех пор, пока та не забьётся под завязку.
На языке вертелись десятки вопросов, но я сдержалась, не желая прерывать поток откровенности.
- Я всегда считал, что это особенность её дара. Что-то вроде озарения или подключения к знаниям потока. Есть теория, будто информация обо всём, что произошло в этом мире, что происходит сейчас, и что может произойти в будущем, хранится там, – глаза Мириуса засверкали как у мальчишки, он мечтательно посмотрел на потолок, словно мог разглядеть сквозь него волшебное небо Орма.
Я подумала, что он в какой-то степени прав. Души после смерти тела отправляются в поток. Там они смешиваются и снова проливаются на Орм магической энергией. Но что, если Лидии удалось перехватить чьи-то души до того, как они растворились в общей массе?
Алькантри, наконец, вернулся с небес на землю.
- Она наполняла искру легко, и вся та теория, которой пользовались другие, была Лидии просто не нужна. Думаю, она сумела бы сотворить первого гомункула задолго до того, как сделала это со мной. Ей просто не было нужды кропеть столько времени над учебниками.
В голоса мага послышалась лёгкая зависть, а я припомнила, что говорил об алхимии Умбра. Да, какой бы славный дар у тебя ни был, а телесную оболочку так просто не создать. Это очень сложное искусство.
- Самое любопытное, далеко не все её запросы в итоге сбывались, - задумчиво добавил Мириус. - А, впрочем, подождите, я сейчас...
«Сейчас» растянулось минут на сорок, но мы с Айолином терпеливо ждали возвращения хозяина дома.
Гомункул при этом решил исполнить мечту своего создателя о гомункуле-домохозяйке и перемыл значительную часть посуды. У меня появилось подозрение, что занимался этим Айолин далеко не в первый раз. Больно уж смиренное выражение лица при этом у него было.
Наконец, Мириус вернулся со стопкой пожелтевших бумажных листьев.
- Айолиннерэль? – удивлённо прочитала я заглавие на листке, лежащем сверху.
- Так изначально собиралась назвать Айолина Лидия, но я её отговорил. Вечно не мог запомнить это имя, - отмахнулся алхимик.
На лице гомункула появилось непередаваемое выражение. То ли представил, как поражал бы воображение обывателей именем из двенадцати букв. То ли черновики его создателей произвели на него такое впечатление. Должно быть, странно видеть формулы расчёта пропорций ингредиентов, которые в конечном итоге стали тобой.
- Вот, - Мириус ткнул пальцем сначала в один длиннющий список, затем во второй. – Это навыки, которые вкладывала в Айолина Лидия. А это черты личности.
- Милосердный и покладистый? - поразилась я и подняла глаза на своего возлюбленного.
Алхимик засмеялся в голос, гомункул тоже не сдержал улыбки.
- Айолин очень старался выглядеть перед ней таким, но у него плохо выходило.
Я с любопытством вчиталась в написанное. Если судить по списку Лидии, она хотела сделать из моего возлюбленного почти типичного дивного эльфа. Мягкий характер, мудрость, умение прощать, верность и прочее. Удобный спутник-альтруист, который готов умереть за тебя, и который при этом ничего не требует взамен.
В целом итог был очень далёк от задумки, хотя с некоторыми качествами она и угадала.
- С остальными вышло то же самое. Что касается навыков, промашек почти не было, но вот с характером и поведением дела у Лидии не задавались. Киа, например, должен был быть нелюдимым и отстранённым воином. А он очень хочет быть принятым в обществе, - лицо алхимика помрачнело. Что ж, хотя бы кого-то запоздало догнало осознание того, что он натворил. Жаль, что сделанного не исправить. - Я думал со временем создать для него пару, а теперь...