Умбра долго не хотел убивать. Но, чем дольше он воздерживался от этого, тем безумнее и навязчивее становились мысли о чужих смертях. И тем сильнее были срывы.
Каждая затяжная битва с проклятьем неизменно оканчивалась поражением. Сначала, очнувшись, он приходил в ужас. Чувство вины и страха перед собой грызло его, а рядом не было никого, кто научил бы справляться с тягой к разрушению иначе. Как это вышло у Криса.
Я надеялась, что в худшем случае сумею воспользоваться примером Леонталя, чтобы справиться с тьмой в своей душе. Хотя, видят боги, мне до смерти не хотелось наёмничать и рисковать своей жизнью.
- Если ко мне вернётся дар Генерис, её значит, и проклятье тоже?
- Не обязательно, - мрачно усмехнулся колдун. - Тёмные проклятья связаны с двумя аспектами - похотью и разрушением. Что именно настигнет человека, зависит от его моральных установок и характера. Обычно проклятья Арда давят либо на уже существующую пагубную страсть, либо на то, что для тебя неприемлемее всего. Так проще всего потерять своё «я» - чрезмерно потакать себе в чём-то или постоянно ломать свои внутренние устои. Для меня и для твоего Леонталя – не было ничего хуже, чем причинить боль другому… Предоставь нам кто-то выбор, скорее всего, мы оба предпочли бы похоть.
Он замолчал, должно быть, вспомнив, как это было. А я думала о Крисе, маленьком семилетнем ребёнке, которого родная мать вынудила впервые убить человека.
Как и в случае с даром, проклятье могло проявить себя в разном возрасте. Мастеру Ордена пятерых не повезло – это случилось ещё в раннем детстве, и вокруг него были лишь экзальтированные последователи Арда.
И, тем не менее, он сумел выкарабкаться. Не без помощи Лидии, но не обладай он нужной силой духа и упрямством, просто не сохранил бы себя до встречи со своей спасительницей.
- Разве не для большинства это так? – чуть резче, чем хотелось бы, переспросила я. – Большая часть людей предпочла бы заниматься сексом, а не убивать.
- Не забывай, что разрушение – не обязательно убийство, - поправил меня маг. – Оно может принимать разную форму. Например, ты можешь испытывать неодолимую тягу к моральным или физическим истязаниям других людей. Или чтобы калечили тебя. В общем, самые невообразимые формы отклонений. С похотью также. Бывает сравнительно безобидно, а, бывает, необходимость определённого сценария…
- Например? – не удержалась я от вопроса, хотя подозревала, что ответ мне не понравится.
Умбра усмехнулся в ответ на мой интерес. Самого колдуна, как я помнила, сексуальная жизнь волновала мало. Он редко проявлял к кому-то влечение, но был не против соратниц, которые сами плыли к нему в руки и в… постель.
Знали бы они насколько часто, глядя на их обнажённые тела, он думал не о сексе, а об изменении человеческих тел в лабораториях, были бы неприятно удивлены.
- Так как основная часть людей, что окружали меня в прошлой жизни, были тёмными, я насмотрелся всякого: садисты и мазохисты, любители кровосмешения, групповых увеселений и монстров...
Колдун с удивлением прервал свой рассказ, заметив мою реакцию.
- Тебе… дурно?
Не знаю, что хуже – с восторгом резать других или заниматься, не пойми чем, в спальне. Одно дело, когда у тебя изначально есть какие-то особенные предпочтения, другое - когда ничего такого не было и в помине. И я надеялась, что не будет.
- Не стоит паниковать раньше времени. Обычно тёмные не стараются себя ограничивать. И постепенно им приходится увеличивать градус накала, чтобы накормить проклятье. Они сами доводят себя до крайности. Если не потакать проклятью и держать его впроголодь, утоляя лишь по минимуму, чтобы не свихнуться, можно жить вполне сносно. К тому же, я уверен, ты сумеешь держать в узде любую тягу. Раз уж твоя воля настолько сильна, что ты сумела не дать одному весьма могущественному колдуну занять твоё тело...
Умбра говорил что-то ещё, но я уже его не слушала. Если всё, что нужно, чтобы удержаться на краю - это сила воли, тогда почему тёмные так легко поддавались Арду?
Может, колдун просто врёт? Ему страшно, что я могу передумать возвращать дар...
Нет.
Если бы маг действительно хотел успокоить мои тревоги, то не стал бы расписывать проклятья во всей красе. Остаётся верить, что Умбра прав. И у меня действительно есть силы, чтобы получить силу Генерис обратно и не свихнуться.
Глава 7
Тёмный маг, разумеется, позаботился о сохранности не только пищи.
После плотного ужина, долгожданной ванны и четырнадцати часов сна к ряду я, порядком отдохнувшая, пошла изучать самую интересную часть убежища – лаборатории, хранилище ингредиентов и библиотеку.