Отбросив лишние волнения, я ухватилась за эту скрытую угрозу и постаралась воспринять её на уровне волшебного чутья. Важно было понять, насколько мы рискуем, оставаясь здесь. Насколько опасен, наш противник.
- Ну, что? – в нетерпении спросил колдун.
- Непосредственно нам опасности нет. Во всяком случае сейчас, - я была несколько озадачена полученной информацией. Тот, кто блуждал вокруг крепости, был очень опасен. Будто акула, затаившаяся среди морских волн. Но, похоже, хищник был сыт и не настроен на атаку. Скорее, его держало у Третьего Осколка любопытство. Неприятель был озадачен тем, что нашёл. И стремился разгадать загадку.
Какое-то смутное ощущение царапнуло меня изнутри, но я не смогла разгадать что оно значит. Не опасность, нет. Что-то другое. Что-то на что стоило обратить внимание.
– Тот, кто нашёл нас, серьёзный и непредсказуемый противник, поэтому лучше пока убежище не покидать, - резюмировала я свои ощущения.
Почти физически я ощутила, как колдун поморщился. Ему очень не хотелось прерывать свою работу именно сейчас из желания перестраховаться, а потому всё, что оставалось тёмному – это пустить ситуацию на самотёк. И Умбре это жутко не нравилось.
***
В большой ванне булькала неприятного вида жижа. Белёсая и мутная, будто густой клестер. Умбра смотрел на неё почти с умилением и чуть не дрожал от восторга.
- Эмм, ты уверен, что всё сделал правильно? По-моему, нужно больше муки, - я не могла удержаться от издёвки. Как ни посмотри, не похоже, что из этой соплеобразной кашицы можно слепить гомункула.
А его надо было именно «лепить». Не вручную, используя специальные формы и магию, но всё же.
- Через несколько дней алхимическая плоть загустеет, сейчас ей надо просто настояться… Но ты посмотри на этот цвет и запах! Лучшего качества не удалось бы добиться и Мириусу.
Лавры алхимика, создавшего плоть гомункулов Лидии, сильно мешали спать тёмному колдуну. Это детское чувство соперничества вызывало у меня почти умиление.
- У меня есть просьба, - неожиданно посерьёзнел Умбра. – В последующие дни не подглядывай за мной. Хочу, чтобы мой новый внешний вид стал для тебя сюрпризом.
Может кто-нибудь и обрадовался бы, услышав подобное, но я мигом заподозрила неладное.
- Ты же не задумал ничего странного? Например, придать себе вид какого-нибудь моего знакомого..?
- Создание копии уже существующего человека чревато проблемами. Ард с ним, с тем, что это незаконно, но, когда два человека с абсолютно одинаковой внешностью действуют вне зависимости друг от друга, это может обернуться чем угодно. На это я бы не пошёл. Так что тебе не о чем волноваться. Я просто решил создать себе новую внешность и хочу пока сохранить её в тайне.
Подобное понять было можно. Умбре до смерти не хотелось возвращаться к прежней своей роли. Пугала для добропорядочных граждан Стейнхорма и предводителя кучки экзальтированных тёмных. Чтобы избежать этого, можно было начать с малого – изменения внешности.
Но при чём тут я? И почему это должно было стать сюрпризом?
Может быть, зря я сомневалась в Умбре. Но представление тёмного о приятном было чересчур специфичным, а потому я ожидала результата работы с содроганием.
***
Как ни странно, я лишь в общих чертах представляла, как Умбра выглядел при жизни. Если он и любил повертеться пред зеркалом, аки девица на выданье, эти вспышки нарциссизма не отпечатались в его памяти. А потому у меня не было перед глазами образа-картинки.
Однако по мелким деталям, будь то прядь волос, упавшая на лицо, полоска обнажённой кожи или фразы, обронённые другими людьми, я кое-что знала о внешности колдуна.
Умбра был красив. Женщины таяли при виде него, будто мороженное в летний день, совсем не замечая холода и равнодушия в глазах.
Высокий. Выше большинства окружающих людей. Когда я смотрела на мир его глазами, то часто это был взгляд сверху-вниз.
А ещё он имел мало общего с жителями Стейнхорма, и, судя по всему, пошёл внешностью в своего неизвестного отца. Может быть, поэтому отчим так ненавидел избранника Арда. Будь Умбра копией матери, соседи бы и не узнали, что глава семейства не имеет отношения к рождению очередного ребёнка.
Но, увы, кроме чёрных волнистых волос, моему собрату по несчастью от матери ничего не досталось. Он был смуг и черноглаз. Совсем не похож на остальных детей супружеской четы.
В общем, выглядел колдун незаурядно. И мне теперь было любопытно, каким будет его новое тело. Зная, насколько Умбра ценит себя, можно было не сомневаться, что едва ли он выберет какой-нибудь непримечательный облик. Пусть это хоть трижды практично. Нет, тщеславный тёмный создаст что-нибудь грандиозное. Чтобы и в этом уделать Мириуса и Лидию.