Однако сильные руки, обнявшие меня, не несли никакой похоти и страсти, лишь тепло и жажду успокоения. Уткнувшись носом в плечо мужчины, я позволила этим чувствам затопить меня до самой макушки, а его негромкий голос раздался где-то над ухом:
- Это, и правда, умиротворяет.
Глава 21
Мы долго обсуждали возможность создания нового тела для Айолина и переселения в него души гомункула. К моему удивлению, мужчина сказал:
- Ингредиенты не проблема. Не думаешь же ты, что всё это время я занимался лишь тем, что бесплатно убивал монстров для ордена?
В глазах гомункула плескалась ирония.
- Почему бы и нет? Хотя была у меня догадка, что ты берёшь леваки, но ты ведь не подтвердил мои подозрения…
Снаряжение мужчины, и правда, сильно отличалось от того, что было в распоряжении большинства орденцев. А ещё у Айолина была хорошая лошадь и одежда.
- Потому что ты намекала, что я наёмник, а это не так, - спокойно возразил он. – Как я уже говорил, в этом качестве меня бы мало кто нанял.
Может быть, моё воображение было слишком ограниченно, но я как-то смутно представляла на чём ещё можно было заработать в этом мире меча и магии. Не рыбой же, в конце концов, Айолин приторговывал на рыночной площади…
Уголки его губ дрогнули при виде моего озадаченного выражения лица, а затем этот невыносимый тип всё же не сдержался и рассмеялся.
- Неужели для Ольги, обставившей королевскую семью и Орден пятерых, это слишком сложная задачка? Впрочем, я не осуждаю тебя. Обычно люди считают, что я гожусь лишь для двух дел. Для убийств и…
Я подняла руки вверх, признавая своё поражение.
- Ну, хватит!
- Отчасти ты всё же была права. Начало моим… сбережениям положило именно умение убивать. Не знаю, известно ли тебе, но один из самых дорогих алхимических ингредиентов – это панцирь и кости лунного червя. Он живёт в блуждающей пустыне Валены.
Последнюю фразу Айолин сказал с такими интонациями, будто это должно было мне что-либо сказать. Однако, хотя я и читала о Валене в справочниках, ничего о лунных червях припомнить не могла.
- Там очень много песка, да? – не сдержала я от усмешки.
- Очень. А ещё этот песок постоянно меняет своё местоположение. Если все остальные пустыни Валены веками находятся там, где им и полагается быть, то блуждающие пески кочуют вокруг оазисов. Поймать червей, однако, сложно не только поэтому. Они очень прожорливы и сильны. Не будь твари ограниченны лишь территорией этой магической аномалии, южная часть материка не была бы пригодна для жизни.
Да, можно себе представить. Одно только бесцельное блуждание по пустыне в поисках каких-то червей, уже само по себе убийственно, а тут ещё и это…
Я взглянула на прекрасное и безмятежное лицо гомункула. С внешностью Айолина в пору быть избалованным, охочим до удовольствий аристократом. Тонкие черты лица, белоснежная кожа, на которой нет и единого изъяна, волосы цвета воронова крыла. Совершенный сон, от которого не хочется просыпаться.
Но сон опасный, будто лезвие, замершее у нежной кожи.
Он говорил об убийстве каких-то кровожадных тварей с такой же лёгкостью, как фермер о цыплятах, пущенных на бульон. И я знала, что он не бахвалится. Просто констатирует факт.
- И ты убивал их?
- Да. А затем продавал алхимикам. Они не такие разборчивые, как аристократы. Им всё равно, кто принесёт нужное – хоть человек, хоть гомункул, хоть говорящая бабочка, если это то, что они искали. Поначалу, конечно, моим основным клиентом был Мириус, но благодаря ему, круг покупателей быстро расширился.
Айолин не был похож на торгаша. Честно говоря, я плохо представляла его в этой роли. Но он был… мужчиной. Мужчиной, возлюбленная которого предпочла ему принца. А у Джарела было всё, чего не хватало Айолину. Власть, деньги, возможность подарить Лидии ребёнка.
Ни один уважающий себя мужчина не смирился бы с подобным раскладом. Это был вопрос гордости, а Айолину её всегда хватало. Лишь ради Лидии он готов был растоптать это чувство.
- И сколько тебе платили за этих драгоценных червей?
Сумма, названная гомункулом, заставила меня подавиться.
- Сколько?! Не проще ли было алхимиками отправлять своих гомункулов на добычу?
Он странно улыбнулся, пальцы его пробежали по столу и перехватили прядь моих волос. Это движение разом отозвалось во мне нервной дрожью, а простая дружеская тональность нашего разговора сменилась чем-то новым. Я невольно задержала дыхание, наблюдая за тем, как он осторожно поглаживает локон подушечками пальцев.