Будь на моём месте любая другая, наверное, он, особенно не церемонясь, соблазнил бы её, но со мной гомункул себя пока контролировал. И я очень надеялась, что так будет и дальше, потому что отказать ему я едва ли бы смогла.
Это вторая причина, почему я отчаянно хотела удержать наши отношения в рамках дружеских. Моё проклятье.
Во время разговоров с Айолином я тщательно обходила эту тему стороной – не хотела, чтобы он узнал, в чём именно оно заключается. Чтобы понимал, насколько тяжело мне бороться с искушением рядом с ним.
Я чувствовало эту слабость внутри себя. Она мурлыкала под взглядами Айолина и ждала, когда я потеряю бдительность. Один шаг вперёд со стороны гомункула - правильное прикосновение, поцелуй, и я упаду спелым яблочком к нему в ладони. Мой самоконтроль слетит к чертям собачьим, потому что и до возвращения дара загонять это влечение глубоко внутрь было очень сложно.
Если это случится, какое-то время я буду совершенно счастлива. А потом… что будет потом?
Даже если чувства к Лидии, и правда, останутся в прошлом, совсем скоро Айолин вновь окажется на улицах города, наполненных соблазнительными женщинами. Он на своём опыте убедится, что физически тянуть может к очень многим. Это просто проявление здорового влечения, а не каких-то чувств свыше.
Сумеют ли наши отношения после этого вернуться к точке былой дружбы, если он поймёт, что и со мной было также?
Я очень в этом сомневалась. Поэтому мне необходимо было взять проклятье под контроль. И встреча с Айолином, как ни странно дала к этому ключи.
Кто-то скажет, что глупо бояться более близких отношений из страха потерять столь непродолжительную дружбу, как та, что была у нас с Айолином. В конце концов, недавно я почти смирилась с тем, что он исчез из моей жизни вместе с орденом.
Но в этом мире у меня и так почти ничего не было.
Только Умбра, мой дар, а теперь и Айолин, который искал меня. Который остался со мной даже после того, что узнал. Вот, что ценнее секса.
Это не значит, что я собиралась отказываться от большего в будущем. Напротив, во мне зрела расчётливая целеустремлённость, граничащая с неправдоподобными фантазиями. Создать Айолину новое тело, побороть моё проклятье, дать ему время, чтобы он мог ужиться с новым собой, а затем… Но хватит мечтать!
Пора браться за дело. Пусть создать гомункулу новое тело я пока не могла, также, как и преодолеть за него внутренние терзания, зато проклятье было мне по зубам.
Обязано было.
***
Тяжёлый удар в бок заставил меня потерять равновесие, и я распласталась по твёрдому камню, тихо застонав.
- Всё, больше не могу, - признала я, глядя снизу-вверх на тёмный мужской силуэт на фоне оранжевого-фиолетового неба. Мои ресницы дрогнули, и на долю секунды одна картинка наслоилась на другую. Пещера, освещённая закатным светом, исчезла, сменилась коридором орденской обители, и я явственно увидела Айолина в ночь нашего первого разговора.
Холод и опасность, исходившие тогда от него, почти истёрлись из моей памяти. Больше никогда я не чувствовала от Айолина угрозы в свою сторону, но сейчас, когда лицо его потонуло в тени, он на мгновение вновь показался незнакомцем.
Мужчина смотрел на меня в ответ также, не отрываясь. Многое я бы отдала за то, чтобы узнать, о чём темноволосый думает в этот миг, но вопрос его, тем не менее, застал меня врасплох.
- Ты ведь… не боишься меня? – в голосе мужчины застыло напряжение. Такое густое, что почти ощущалось на вкус.
Я удивлённо моргнула в ответ. Неужели мысли о прошлом настолько ярко возродили чувства той ночи, что Айолин прочёл нечто на моём лице даже в полумраке?
- А разве должна?
Гомункул преодолел расстояние, разделяющее нас, за пару мгновений и присел рядом. Я подавила первый порыв отпрянуть – заставила себя расслабиться, позволила мышцам размякнуть и в полной мере ощутить холод камней под спиной и бёдрами.
- О чём ты думала? – теперь, когда он был так близко, я заметила, что глаза его с каждой минутой движения солнца к закату, всё стремительнее утрачивали сходство с человеческими… Сияние серебра в радужке пока было ещё едва заметно, но оно нарастало, а с ним и нечто другое – то, что делало моего собеседника таким чуждым, далёким и сложным для понимания.
Его взгляд гипнотизировал и пронизывал. Я почти ожидала увидеть потоки магической энергии, исходящие от Айолина. Причину, по которой мне так нравилось смотреть в эти глаза. Но его глаза были просто глазами. Они завораживали меня без всякой волшебной подоплёки.