- Боюсь, трактир с такой вывеской не будет пользоваться спросом, - усмехнулся тёмный. - Аганит не очень-то любят.
Я улыбнулась, смотря на синюю крону. То самое дерево, к которому я бросилась за защитой от райхира. Прекрасное и опасное.
Аганит отдалённо напоминал дуб – был таким же кряжистым и узловатым. Его сильные ветви сплошь усыпаны острыми, узкими листочками, отливающими синевой. Деревья редко росли поодиночке, обычно образовывая небольшую рощицу, вокруг которой все остальные растения превращались в пустышки без полезных свойств.
Способность деревьев выкачивать магическую энергию снискала им дурную славу. Любой путник, прежде чем остановиться на ночлег, убедится, что рядом нет даже росточка с синей листвой, иначе не сдобровать. Обходила стороной деревья и нечисть, для большей части которой соседство с аганитом ещё опаснее, чем для людей. Но не для всех От того сон в кроне аганита и не отменял натирания пахучей листвой. Впрочем, благодаря этому и Умбра мог не опасаться уничтожения.
Я выбрала самое большое и раскидистое дерево, забралась на него и с трудом устроилась поудобнее в ветвях, привязав себя верёвкой для надёжности.
Размышления об агоните неизбежно привели к другим непрошенным мыслям.
Тогда меня спасло не дерево.
А гомункул, не побоявшийся ни райхира, ни волшебного аганита.
С момента моего ухода из Дэса прошло уже больше недели. Интересно, узнал ли Айолин о поединке или ещё не вернулся домой?
Мысли об ордене неизменно пробуждали и беспокойство о Крисе. Не была ли рана слишком глубокой? Оставил ли он свою идею воздать мне по заслугам? Справился ли с проклятьем?
- Хватит киснуть, - раздался голос колдуна, уловившего изменение в моём настроении. – У тебя своих забот хватает, чтобы тосковать по прошлому. Как там пела эта белобрысая девчонка? Отпусти и забудь.
Я закашлялась от смеха. Иногда я диву давалась, насколько фрагментарно колдун вынес информацию из моей жизни.
Улыбка с моих губ, впрочем, тут же сошла. Наверное, в каком-то смысле ему пришлось при нашем слиянии тяжелее, чем мне. После своей беспросветной жизни он увидел мою нормальную и был заворожен ею. Не только тем, что любил и был любим. Он видел компьютеры, автобусы и метро. Ел вместе со мной бургеры, пиццу и чипсы. Смотрел «Холодное сердце», «Властелин колец» и «Звёздные войны». Тёмный прочувствовал неизведанный, и от того безумно интересный для него мир. И ему не было туда хода.
- Ты бы хотел попасть на Землю?
- Да, - без раздумий ответил Умбра. – Даже, если бы стал там бездарком. Сама по суди, уже одна лишь возможность оказаться вне влияния Арда безумно соблазнительна. А ваша странная еда? А возможности науки? Было бы где развернуться.
Я уловила в его голосе мечтательные нотки.
- Спешу тебя разочаровать. Скорее всего, ты стал бы просто бомжом. Без документов и денег-то.
- Я бы притворился, что у меня отшибло память, и мне бы помогли. В твоих сериалах часто кто-то страдает от амнезии.
- Это мама смотрела такие сериалы, не я!
- Уж мне ты можешь ничего не рассказывать…
Мы посмеялись, и я почувствовала, что на душе стало легче.
От чувства ли благодарности Умбре или потому, что человек на биологическом уровне нуждается хоть в ком-то близком, но я ощущала, что всё крепче привязываюсь к колдуну.
Очень досадно и опасно.
Я пыталась себя убедить, что полагаться на него нельзя. Что доверие не такая простая вещь, как хотелось бы. Чем я рискнула бы дома, доверившись не тому человеку? Разбитым сердцем, работой, деньгами? Если не вдаваться ни в какие крайности и криминал, значит, ничем серьёзным. А здесь? Мне было страшно умирать. Или попасть в историю и того хуже.
Но как бы я ни злилась на себя, как бы ни убеждала, некий невидимый рубеж был уже пройден.
Из-за этого, я не знала, что мне делать с Умброй дальше. Попросить его дать мне клятву, что после воскрешения он будет вести себя хорошо?
Да он на смех меня поднимет.
Радовало одно - возращение тела колдуну пока даже на горизонте не маячило.
Глава 2
За год в этом мире я изучила свои способности так, как никогда не смогла бы в родном.
Я знала, что предупреждения бывают разные. Их оттенки различались в зависимости от того, что предчувствовала моя интуиция.