- Вспоминала наш первый разговор, - негромко ответила я, подавив желание скользнуть языком по пересохшим разом губам. Учащённое дыхание, к счастью, можно было списать на последствия тренировки.
- Я надеялся застать тебя врасплох и заставить паниковать. Но ты удивила меня, как потом ещё ни раз, - признал он. - Знаешь, почему я предложил потренировать тебя?
- Разве не потому, что я «размякла, сидя в четырёх стенах»? – передразнила я, припомнив интонации, с которыми он убеждал меня в первый раз размяться.
Сама я согласилась на спарринги с Айолином по собственным причинам. Тренировки облегчали наше совместное пребывание. Сильная физическая усталость помогала телу забыть о каких-либо иных желаниях, кроме беспробудного сна. Правда, психологическое напряжение копилось. С каждой тренировкой мне было всё труднее концентрироваться на деле, а не на самом Айолине. И тогда я получала по первое число. Как сегодня, например.
Мужчина скользнул взглядом к темнеющему в расселине небу, лицо его стало на миг отстранённым, а затем по нему промелькнуло некое болезненное чувство, которое я не смогла разгадать. Он негромко заговорил:
- Когда говорят о женщинах, принято сравнивать их с цветами, драгоценными камнями или ещё чем-нибудь подобным. Так вот, это не про тебя.
- Ну, спасибо! – я не смогла скрыть ноток раздражения в голосе. Не то, чтобы я мечтала о подобной чепухе, но слышать подобное из уст Айолина было не очень приятно.
- Ты одна из самых сильных людей в моей жизни, - с неожиданным жаром продолжил он. – Упрямая, твёрдая, но при этом такая изобретательная и изворотливая. Очень сильная и… слабая.
Я начала давиться от смеха, но гомункул не поддержал моё веселье. Уголок его губ лишь чуть дрогнул, но улыбка так и не зародилась.
- О, боже, Айолин! Не быть тебе эльфом. Какой словесный сумбур!
Резким толчком он прервал мой смех, подмял под себя и почти вдавил в камень. Руки в перчатках сомкнулись на моей шее, но испугаться я не успела - запах Айолина затопил меня с головы до пят, и этого было достаточно, чтобы тело моё обмякло в предвкушающей истоме.
Длинные тёмные ресницы, обрамляющие серебряные озёра чужих глаз, вздрогнули. Он замер, разглядывая выражение моего лица и, кажется, забыл, что собирался делать.
- Так ты будешь меня душить или как? – голос мой был тихим, с придыханием. Поджарый с виду мужчина оказался неожиданно тяжёлым.
- Я мог бы убить тебя, Ольга, - мучение в его голосе было неподдельным. – Но не одолеть. Ты из тех, кто умирает, смеясь в лицо врагу. В поражении такая же несломленная и прекрасная, как и в миг торжества. Это меня в тебе восхищает и завораживает. Но я бы предпочёл и желал для тебя другого. Чтобы ты была достаточно сильна не только духом, но и физически. Чтобы могла сказать «нет» любому.
Он медленно разжал руки и скатился с меня текучим движением. Резко встал на ноги и отошёл, оставив между мной и собой достаточное расстояние. Словно бы не совсем доверял себе.
- Даже тебе?
- Мне, тем более, - сказав это, он неожиданно улыбнулся. – Во всяком случае пока.
---
---
Прошу прощения, за задержку! Мне лучше, поэтому, наконец, прода:)
Глава 24
В один из дней, проснувшись утром, я обнаружила, что деревья в лесу сияют первым снегом, а со времени ухода Умбры прошло больше месяца.
- Неужто он совсем рехнулся? Исчезнуть на столько времени?
Беспокойства у меня почему-то не было. Во-первых, я верила, что, случись с колдуном беда, чутьё дало бы мне знать. Во-вторых, Умбра очевидно настолько увлёкся своими делами, что просто обо мне забыл. Это было так на него похоже!
Я не теряла времени даром и кучу времени проводила то в лаборатории, то в библиотеке. Айолин, смеясь, интересовался, не нужна ли мне его помощь, но я неизменно отнекивалась и выпроваживала гомункула, чтобы тот не пронюхал лишнего.
За это время я нащупала три пути решения моей проблемы.
Физическая усталость. Благодаря тренировкам с Айолином, теперь я точно знала, что это неплохой вариант сдерживания проклятья. Только и надо, что выматывать себя до такой степени, чтобы стоять на ногах было сложно. Но хотя этот способ несомненно был эффективен, применять его долго невозможно. К тому же он слабо применим против внезапных и сильных вспышек похоти, как это было с Юнаном и Айолином.
Второй вариант тоже, сам того не зная, подсказал гомункул. Когда он упал в озеро, страх за его жизнь мгновенно заставил прийти в себя. Можно ли заставить себя испытывать ужас по заказу? Я пока не знала, но штудировала книги Умбры с завидным упорством.