Третий способ я нащупала уже давно. Жители Стейнхорма в животноводстве используют различные настойки для подавления гона у животных. Возможно, существует что-нибудь подобное и для людей. В крайнем случае можно попробовать и те смеси, что используют фермеры, только стоит поработать с дозировкой.
Вооружившись этими подсказками, я искала всё, что могло пригодиться, и сортировала информацию. Параллельно с этим я пыталась читать алхимические трактаты, но, как и следовало ожидать, дохлый номер - у Умбры в библиотеке не было ничего для начинающих.
Меня страшно выводило из себя это промедление. Я вернула себе дар, но ничего фундаментально не изменилось. Чем мне поможет способность поменяться душой с какой-нибудь птицей или грызуном в случае опасности? Правильно, ничем, но, приходилось признать - я не в состоянии самостоятельно освоить магию.
Поэтому я, что есть сил, точила тот меч, что у меня уже был в руках – фехтование.
- У тебя получается всё лучше и лучше, - признал Айолин после одной из тренировок. – Всё же, твой дар удивительная вещь.
Рассказывать о волшебном чутье, мне не хотелось даже Айолину, но гомункула, знакомого с Лидией, провести бы не удалось. Он подтвердил мои догадки на счёт того, что у Лидии, как и у меня, было два дара. Первый, способность нейтрализовать чужую магию, принцесса, подобно мне, принесла из родного мира. Второй дар – чистая светлая магия, появился в Орме постепенно, когда тело девушки пропиталось энергией этого мира и раскрыло свои свойства.
- Просто ты учитель лучше, чем Крис, - поморщившись потёрла я, отбитое колено. – Теперь я чувствую себя одураченной. Почему он обучает новичков, а не ты?
Крис по меркам ордена считался хорошим наставником, но он просто заставлял делать своих подопечных то же, что делал сам. Однако если ему самом этот способ тренировок подходил идеально, то же самое нельзя было сказать о всех подопечных Леонталя. Ему не хватало гибкости в преподавании и некоторого опыта. Айолину всего этого почему-то хватало.
Сумели ли бы мы с Умброй победить гомункула, если бы нам пришлось сражаться именно с ним в тот день?
Я очень в этом сомневалась.
- Не будь к нему слишком строга. Крис быстро учится, но пока мало оглядывается на окружающих. И, честно сказать, место мастера и наставника получил больше авансом. Единственное, в чём он наравне с остальными мастерами, а, может, даже опережает их – это искусство войны. Но этого мало. Что до твоего вопроса… Чтобы заставить меня кого-то учить, нужно сначала узнать, что я на это способен!
В глазах мужчины плясали лукавые огоньки, когда он говорил это.
- Ты учил уже кого-нибудь? До меня.
- Только Криса немного. Он сам попросил. Прицепился ко мне как репей и канючил, пока я не сдался.
- То-то мне показались некоторые приёмчики знакомыми.
- И как? Помогло тебе это? – этот невыносимый тип пленительно улыбнулся, припомнив, сколько раз отправлял меня сегодня в полёт.
Внезапно выражение его лица изменилось, Айолин подобрался, словно перед прыжком, и практически неслышно вынул клинок из ножен. Долю секунды он напряжённо вглядывался в тёмный проход, ведущий в извилистый горный коридор, а затем произнёс:
- Пусть у тебя и тело гомункула, но ходишь ты всё ещё, как человек.
После этих слов я не удивилась, обнаружив в проёме высокого беловолосого колдуна. По лицу Умбры мелькнула лёгкая досада.
- Ты сгущаешь краски. Проблема не во мне, а в твоём слухе. Обычный человек меня бы не услышал. Не правда ли, Ольга?
- А ещё от тебя разит кровью, - Айолин говорил расслабленно, будто они с Умброй были давними приятелями, привыкшими перебрасываться парой-тройкой колкостей при встрече. Но тело мужчины оставалось напряжённым. Более того он выдвинулся навстречу колдуну так, чтобы оставить меня чуть позади, за своей спиной. Словно Умбра был опасен именно для меня.
Уголки моих губ дрогнули, я едва не рассмеялась.
Колдун деланно понюхал свой рукав.
- Странно, сегодня я никого не убивал.
- Запах крови выветривается не сразу. Тебе ли не знать. Впрочем, Ольга бы его и не учуяла, а сам ты ей едва ли сообщил бы, что недавно убил пару-тройку людей…
Я видела, как глаза колдуна, точь-в-точь такие же как мои, неуловимо потемнели. На лице его застыла досада, смешанная с раздражением. Похоже, Айолин был прав, и тёмный стремился разыгрывать передо мной пай-мальчика или, скорее, собирался жить по принципу «то, чего Ольга не знает, ей повредить не может». Такой вариант мне не слишком нравился, но сейчас не время обсуждать тёмные делишки колдуна и читать ему нотации.