***
- Самое крепкое пойло, что у тебя есть, хозяин, – я бросила пять серебряных перед трактирщиком, чьё заведение находилось в квартале от гостиницы с моим спящим телом.
Слишком далеко уходить не стала. Во-первых, времени и так было в обрез, во-вторых, душу могло отбросить назад, если окажусь вне зоны досягаемости дара.
Оставались считанные минуты. Сколько? Пять? Семь? Точно не известно.
Можно ли успеть надраться в дрова за это время? Это я и собиралась проверить.
За время пребывания в Орме я не пила спиртное ни разу, а потому с интересом принюхалась к принесённой мутной жижице. Что-то вроде самогона? Едва ли стоило рассчитывать на качественный алкоголь в этом заведении, но мне он и не был нужен.
Щедро плеснув напиток себе в кружку, я залпом опорожнила её, стараясь не думать о вкусе и крепости напитка. Горло взорвалось огнём и горечью, меня передёрнуло от непередаваемых ощущений, и я невольно чертыхнулась.
- Может, закусь? – нерешительно предложил трактирщик.
Отрицательно помотав головой, я наполнила кружку повторно.
«Закусь» в мои планы не входила.
Рвотные позывы я почувствовала уже после третьей порции пойла. К счастью, к тому времени голова уже порядком поплыла и, словно через пелену, я слышала голоса, доносившиеся из-за моей спины…
- Бедный мужик!
- Наверное, у него кто-то помер…
- Надирается, как в последний раз в жизни.
- Может, и нам нальёт?
Повинуясь некому внутреннему порыву, я повернулась к трактирщику и полностью опорожнила далеко не тощий кошель незнакомца. На стойку посыпались серебряные монеты с редким вкраплением меди.
- Хозяин, выпивки на всё! Угости за мой счёт этих… мииилых господ!
Я повела рукой, указывая на сомнительных посетителей заведения и не забывая при этом опорожнить ещё одну кружку.
Господа просияли мне щербатыми улыбками в ответ на нежданную щедрость. Кто-то похлопал по плечу, высказывая то ли одобрение, то ли сочувствие горю – я едва удержалась на высоком шатком табурете.
Вокруг застучали кружки, загремела посуда. Хозяин засуетился, расставляя глиняные кувшины и тарелки с закусками. Гвалт голосов наполнил уши, мир поплыл перед глазами, но последняя разумная мысль всё ещё теплилась на дне сознания.
- Мужики.., - обратилась я к своим нечаянным собутыльникам. Язык едва шевелился, звуки складывались в слова с большим трудом. – Сегодня у меня померла… жена…
Кто-то сочувственно загудел, но я решила, что этого не достаточно.
-… и сынишка! – пьяные слёзы навернулись на глаза. Даже сильно давить из себя их не пришлось, размякшая под градусом душа и так была настроена на сентиментальный лад.
Сброд вокруг смертью сына впечатлился куда больше, чем кончиною жены, потому как настроение вокруг стремительно переключилось с пьяного веселья на пьяную же грусть. А я тем временем продолжала свою выдуманную трагедию.
- Жить теперь не хочется. Хоть иди и вешайся. Вы это… если я уж пойду куда, не пускайте! Не дайте погубить себя спьяну. Пока я с вами, удержусь от душегубства, а останусь один – и там уж, как пить дать, не доживу до утра.
Слёзы катились по моим щекам, кто-то кричал что-то в ответ, но я слов уже не расслышала. Невидимая нить, что соединяла моё тело и тело мужчины лопнула, и моя душа устремилась через серые улицы города назад.
Было очень странно очнуться абсолютно трезвой, после того, как набралась в хлам. Правда, голова всё же болела и чуть подташнивало. Похоже, удар вышел слишком сильным. С минуту я смотрела на грязный потолок и размышляла.
Я очень надеялась, что не ошиблась. И способность, помогающая неприятелям выследить меня, принадлежала именно тому типу, чьё тело я захватила. Не даром именно он подошёл ко мне в архиве.
Если я права, тогда под воздействием алкоголя он либо не сможет меня отыскать, либо сделать это будет гораздо труднее. А я за это время найду Умбру и вместе мы уберёмся из города.
Жаль, что моим планам не суждено было сбыться.