-Обожаю женщин, крепко держащих ствол в руке.
-Майор, - я сделала вид, что смутилась и несмело ему улыбнулась – В пятый раз уже не смешно.
На краткий миг Норрис вглядывался в мои глаза, а затем расхохотался, откинув голову назад.
«Шутник долбанный» - я отвела взгляд вниз, чтобы скрыть плескавшееся в глазах бешенство.
Этот козел не знал, как близка я была к тому, чтобы пустить ему пулю в лоб, если только он приблизится еще хоть на сантиметр. От его пошлых шуток и сальных взглядов меня выворачивало, но его предмет один из немногих, по которому я могу набрать максимальный балл. Ссориться с этим психом было бы худшим, что я могла сделать в академии.
«С нетерпением жду, когда один из кадетов свернет тебе шею в приступе ярости».
-Добровольцы, обойдите столы и встаньте наизготовку, - майор потерял ко мне интерес и отдал приказ, отходя к толпе кадетов – Цель – дальняя стена, на 12 часов.
Обойдя стол, я встала лицом к темной пустоте, спиной ощущая любопытные взгляды однокурсников. Справа от меня на равном расстоянии находились Стефан, Томас и парень, чьего имени я не знала. От напряжения руки слегка вспотели, я боялась, что в нужный момент пистолет просто выскользнет из ладони.
-Приготовились! – послышался голос за спиной.
Мое дыхание участилось, глаза начали болеть от напряжения. Сколько я ни вглядывалась, все никак не могла понять, что же скрывается в темноте. От Чокнутого Профессора можно было ожидать чего угодно, вплоть до расстрела. Я представила, как напротив меня за тонкой черной перегородкой стоит солдат и взводит курок. Воображение живо нарисовало, как пуля рассекает перегородку, словно воду и врезается в мою грудь, вылетая насквозь. Фантазия продолжила игру, и вот пуля, продолжая свой полет, застревает прямо в сердце майора Норриса.
Но это невозможно.
Во-первых, майор находится правее, а пуля траекторию навряд ли изменит по моей прихоти. Во-вторых, у Чокнутого Профессора нет сердца. А в-третьих, не станут преподаватели убивать своих кадетов спустя несколько месяцев подготовки.
Или станут?
-Оружие наизготовку! – командный голос с хрипотцой разнесся по подвалу, высекая искры в мозгу.
В воздухе синхронно раздались щелчки переключения предохранителя. Я крепко сжала пистолет и вытянула обе руки перед собой, установив основание магазина на ладонь левой руки для устойчивости. От неизвестности руки слегка подрагивали.
-Огонь! – приказ был отдан.
Не задумываясь, я нажала на курок трижды. Отдачу я научилась сдерживать еще на пятом занятии, а вот к грохоту так и не привыкла. Справа раздался звук автоматной очереди. Уши заложило. До утра я вновь буду плохо слышать.
«Зато по губам уже лучше читать стала» - мелькнула ненужная в этой ситуации мысль.
В помещении повисла звенящая тишина. Зная непредсказуемость преподавателя, я не опускала оружие, опасаясь, что на меня может выскочить какое-нибудь дикое животное. Отдаленно до моего слуха донесся звук аплодисментов. Оглянувшись, я опустила пистолет и увидела, как майор Норрис радостно хлопает.
-Молодцы! – похвалил он.
Его голос доносился до меня словно сквозь вату. Не доверяя ему до конца, я краем глаза следила за темной частью комнаты, все еще ожидая подвоха.
-Солдат исполняет приказы, не задумываясь! – продолжал Норрис, обернувшись к остальным кадетам – Даже если прикажут застрелиться.
-Разрешите задать вопрос? – подняла руку моя соседка по комнате Лиза.
-Разрешаю – Актеон Норрис покровительственно махнул в ее сторону рукой, словно он играл роль на сцене.
-А если солдат откажется исполнять приказ? – казалось, Лиза сама испугалась того, что спросила, но любопытство победило.
Майор Норрис неторопливо приблизился к дальнему краю, где стояла Лиза, и достал пистолет из набедренной кобуры. Нежно осмотрев оружие, он приставил дуло к виску девушки и он в полной тишине щелкнул затвором. Лиза зажмурилась и сжалась, боясь сдвинуться с места.
-Если солдат откажется исполнить приказ, - Норрис говорил настолько тихо, что я едва расслышала его слова – то….
На секунду повисла пауза.
-БУМ! – крикнул Норрис, от чего все в помещении дернулись, а Лиза вскрикнула.
По подвалу эхом разнесся хохот Чокнутого Норриса. Спрятав пистолет обратно в кобуру, он громко проговорил с улыбкой на лице:
-Трибунал, конечно! Что мы, чудовища, что ли? – майор выпрямился и, забыв о Лизе, развернулся к нам и взмахнул рукой, указывая на дальнюю стену – Свет, пожалуйста!