— Не смотри на внешний вид. Здесь самый вкусный стейк на камне. Закажи два и можно без пива. Я вернусь минут через десять, и если ты скрестишь за меня пальцы, я скажу тебе огромное спасибо.
Я так и сделала. А заодно написала слезное письмо женщине, у которой Лиззи сняла квартиру, даже не спросив, во сколько у меня самолет. До десяти вечера я никак не окажусь у нее дома. Я уже готовилась снять в аэропорту гостиницу на эту ночь, но Хелена согласилась ждать меня до полуночи, благо живет в соседнем доме. И посоветовала не брать такси — ехать на поезде, и на главном вокзале, напротив театра, сесть на автобус. Театр! Я забыла купить билеты. Почему бы не посмотреть следующим вечером «Злыдню», историю дружбы злой и доброй волшебницы из страны Оз?
Шон слишком долго отсутствовал, и я уже не надеялась увидеть его живым. Я заказала чай и сейчас пила его до стейков, на которые не могла смотреть. Они шипели на камне, сверкая крупинками черного перца, и с них текла кровь… Нет, мой нынешний ужин явно составит картошка, которую я палочку за палочкой почти всю перетаскала из ведерочка, постоянно оборачиваясь на любой шорох в надежде позвать официантку, но женщина испарилась и не желала относить мое мясо обратно на дожарку.
— Я жив! — Шон рухнул на диванчик напротив меня. — За что меня женщины так не любят, не пойму… — спросил он и выжидающе посмотрел на меня. — Ну, что не ешь?
— Я не ем мясо с кровью.
— Так дожарь!
— Не могу поймать официантку, — виновато улыбнулась я и мысленно ударила себя по руке, потянувшейся в соседнее ведерочко за картошкой Шона.
— Ты что, первый раз ешь мясо на камне? — Я кивнула, и Шон с улыбкой покачал головой. — Не улетай, и ты много чего еще сможешь попробовать со мной в первый раз…
Я отвела глаза, и Шон придвинул мою доску с камнем к себе и отрезал от огромного куска мяса небольшой кусочек, который тут же упал на камень и зашипел. Меня обдало паром, и я покраснела — мясо на глазах принялось менять цвет, оно жарилось! Шон подхватил его на вилку, подул и протянул через стол к моему рту. Сочное, мягкое, вкусное и прожаренное. Позор! Шон спас меня от позора! Представляю, как бы на меня взглянула официантка, когда б я попросила ее отнести мясо на кухню.
— Спасибо, Шон.
— За что? За мое предложение? Это я скажу спасибо, если согласишься остаться. Лана…
— Шон, прекрати! — Я занялась новым кусочком мяса, прося многозначительным взглядом сделать то же самое с его и есть, а не говорить. — Мы все обсудили. Я рассказала тебе про нас с Лиззи не для того, чтобы ты по новой начал убеждать меня остаться, а чтобы понял, почему я не могу остаться…
— Все ты можешь! — Шон швырнул вилку, и та упала на пол. Официантка тут же подскочила к нам и предложила с соседнего пустующего столика другую. Шон поблагодарил ее с улыбкой и заговорил со мной более мягко. — У тебя были парни до мужа-неудачника, ты не лесбиянка. Во всяком случае не та, которая не видит вокруг мужчин… И, прости, я возможно обижу тебя, но вы бы не смогли меня провести, если бы между вами что-то действительно было. Я же видел, как мисс Брукнэлл смотрела на тебя. Так не смотрит влюбленная женщина, так не смотрит даже любящая мать. Так смотрит хозяйка.
— Шон, ты не знаешь Лиззи…
— Зато я знаю тебя! — перебил он. — Я помню каждое сказанное тобой слово. Ты просто трусиха, ты действительно не можешь жить одна. Тут я согласен с мисс Брукнэлл. И ты не можешь быть неблагодарной. Ты просто заплатила ей собой. Я так это вижу.
— Ты так хочешь это видеть! — я даже вскочила, но под его взглядом уселась обратно на диван, который стал жутко твердым. — Ты уже называл меня шлюхой. Я тоже помню каждое твое слово. Не стоит повторяться, мистер Мур. Вы мне нравились своей оригинальностью. Придумайте обо мне что-нибудь новенькое, чтобы мне было, чему умиляться в Лондоне! Молчите? Тогда я подскажу. Вы забыли сказать, что от меня откупились, а? Так ведь? — Шон молчал. — Ну так пусть это и так. Мне нравится коллекционировать деньги за мое тело. Ровно три года. Я надоедаю ровно через три года. Вы, мистер Мур, стали исключением. Наверное, потому, что надоели мне через три ночи. Или сколько их там у нас было?
— Ты высказалась? — Шон воткнул нож в недоеденный стейк. Я последовала его примеру, хотя от моего уже мало что осталось. Столько мяса за раз я еще ни разу не ела. — Поехали! Я не хочу, чтобы ты опоздала на самолет!
Он бросил на стол купюру и направился к выходу. Я побежала за ним, едва не забыв на столе телефон. Дорога в молчании показалась до ужаса долгой, а тоннель на подъезде к аэропорту бесконечным.
— УУодя от сестры, я думал сказать, что хочу, чтобы ты знала, что в Ирландии тебя всегда ждет старый коттедж с сумасшедшей собакой. А сейчас я хочу сказать просто — Бон Вояж! И не говори в Лондоне с ирландским акцентом.