Лиззи промолчала и пошла дальше. На соседней улице, которую мы, кажется, уже проходили, мы вдруг увидели нашу машину. Хозяин, обещавший нас не ждать, не спал. Мы это поняли по щелчку дальней двери, когда мы повернули задвижку на входной. Дом наполнял запах шоколадной выпечки. Нас ждали к чаю. Как же неловко получилось! Тут уж я согласилась с Лиззи, что ирландцы способны заколебать своим гостеприимством. Собака в этот раз прибежала встречать нас без лая, попрыгала, покрутилась и исчезла в глубине дома. На часах было почти одиннадцать.
— В душ не пойдем. Пусть Джон поспит. Небось, с собакой рано гулять.
Я скинула одежду и забралась в белоснежную постель под пуховое одеяло. В одеялах ирландцы знают толк. Как, наверное, и в картошке. Только вот в выборе картин для спален не разбираются вообще. Я попыталась сделать то, что делали масляные девушки на холсте, но получила в ответ грубое: — It’s almost midnight. (Почти полночь.)
Глава 21 "Головная боль"
— It‘s delicious! (Как вкусно!) — продолжила я следом за Лиззи воспевать кулинарные таланты жены нашего хозяина, и в моих устах комплименты звучали куда более искренними: Лиззи лишь надломила кусок пирога, а я умяла два и сейчас заглядывалась на третий. Плевать на талию. Всяко лучше тоста с вареньем. Вот от него одно место точно слипается.
К сожалению или к счастью, с автором шоколадного шедевра познакомиться нам не довелось. Когда мы поднялись в кухню, хозяйка уже отбыла на теннисный турнир. Вся лестница до самого потолка была увешана фотографиями спортсменки. Еще молодой, дородной и рыжей. Прямо настоящая дочь изумрудного острова.
— Моя жена раньше играла за Вотерфорд, за все графство! — восхищенно вещал ее муж, подливая мне в чай молока. — Сейчас она тренирует детей. Было сказано еще многое, но подробности потонули в скрежете зубов Лиззи.
Мы слышали, как теннисистка гуляла с собакой — пес выдал ее радостным повизгиванием, сама же хозяйка ходила на цыпочках, чтобы не разбудить гостей. Но мы не спали. Пуховое одеяло оказалось слишком теплым, чтобы спать под ним, а воздух слишком холодным, чтобы спать без него. Так и промучились, то раскрываясь, то натягивая одеяло по самый нос. Невыспавшейся мисс Брукнэлл не помогла бы и йога, а ее полное отсутствие вело нас к ядерному взрыву. Необходимо было прервать излияния хозяина, пока с жены он не перешел на детей. А их, судя по фотографиям, было трое.
— У нас есть пара часов до начала ярмарки, и мы хотим успеть прогуляться по городу, — почти вскочила я со стула. Почти, потому что рука хозяина преградила моему плечу путь вверх.
— Вы можете успеть на экскурсию с Джеком. Он собирает группу около Туристического бюро. Это дальше по набережной, не заблудитесь, — затараторил он мне в мокрый после душа затылок, глядя, видно, на Лиззи. Та поспешила встать и еще раз многословно поблагодарила за совет и прекрасный ночлег. Хорошо, что красных глаз от бессонницы не было. Только красные уши от вранья и слишком горячего чая, которым я безрезультатно пыталась смыть с зубов шоколад.
— Я начинаю подумывать про гостиницы, — то ли пошутила Лиззи, то ли констатировала факт, отъезжая от гостеприимного ирландского домика.
Настроение у нее уже испорчено, а впереди долгие часы в обществе господина Гончара. Я-то спрячусь за мольберт, а вот как будет спасаться Лиззи, только чертям известно. Тем самым, что погнали ее в эту дыру, которая по совместительству еще и старейший город страны. По левую руку вдоль реки тянулись огромные парковки, а с другой стороны дороги раскинулся центр города со стандартными цветными домиками. Покрутившись минут пять, мы наконец-то отыскали дырку, куда «Вольво» влезала с открытыми зеркалами. На горизонте маячили карусели — теперь мы знали, где откроется ярмарка, а пока надо было отыскать Джека и зарядиться от него положительной энергией. Хотя, разумнее купить кофе, что мы и сделали. Теперь стоило спросить у «Гугла» дорогу, но, о черт, я не вспомнила про зарядку, а телефон Лиззи остался в машине. Даже не поснимаешь город. Обидно, но куда обиднее опоздать на экскурсию. Мы спросили, как пройти к туристическому офису, и нас отправили в противоположную сторону. Кофе закончился, а мы так и не дошли никуда. Пришлось заглянуть в ресторанчик. Еще закрытый, но с официанткой в накрахмаленном чепчике.
— Это где-то на набережной, — улыбнулась она в полный рот.
Это мы и сами знали, но умудрились поблагодарить ее с такой же искренней улыбкой. Заблудиться второй раз за сутки — этого даже мои нервы не выдержат, не то что невыспавшейся мисс Брукнэлл. Я просканировала оценивающим взглядом толпу и выудила из нее девушку — ни пакетов в руках, ни фотоаппарата, никаких иных туристических признаков в ней обнаружено не было.