— Почему же?
— Не прихватили запасную одежду. Собираетесь в случае проигрыша идти по коридору в исподнем?
После того, как первая карта легла на стол, отказаться от игры было уже нельзя, и, значит, спугнуть меня Наталья более не опасалась.
— С госпожой Змаевич вышло именно так? — холодно прищурился я.
— Ключ с вами, я же не чудовище какое — отправлять приличную девицу в неглиже через полшколы! — самодовольно усмехнулась блондинка. — Вас тоже отпущу под честное слово — переодеться! К тому же, вам все равно придется вернуться с мундиром госпожи Муравьевой… Ну, или с деньгами.
— Вы так уверены в своей победе? — небрежным тоном спросил я.
— Иначе зачем садиться играть?
— Тоже верно…
Я взял со стола свои шесть карт. Два Астрала, синий и красный, красный же Император, зеленые Мастеровой с десяткой и желтый Фамильяр. На руках — всего пара, правда, достаточно сильная — те самые Астралы. Иногда такого уже хватает для победы. Ясно, что не на этот раз…
Прятать от соперницы карты я не стал, демонстративно разложив их перед собой «рубашками» вниз. Это не запрещалось, хотя разумным подобный поступок, конечно, не выглядел.
— Прямо вот так, в открытую? — по лицу моей соперницы на миг пробежала тень, но уже в следующий миг оно снова сделалось непроницаемым. Собственный карты Перовская от меня тщательно спрятала.
— Почему нет? — пожал я плечами. — Меняете что-то из своих?
— Разумеется, — кивнула Наталья, сбрасывая четыре карты. — Беру из колоды седьмую, восьмую, пятнадцатую и тридцатую.
— Прошу вас, — сделала я приглашающий жест.
Не прикасаясь, блондинка вытянула карты из колоды. Я даже не потрудился проверить, те ли она взяла номера. И тут лицо девушки исказилось гримаской непонимания: к собственному удивлению и ужасу она вдруг обнаружила, что получила совсем не то, что ожидала!
«Не сказать, чтобы совсем уж не то… — ехидно пробормотал Фу. — Я подменил лишь часть меток… Впрочем, сего достаточно».
— Сбрасываю пять карт, — объявил между тем я, оставляя себе только синий Астрал. — Беру…
«Шестую, четырнадцатую…» — принялся диктовать мне фамильяр — для него колода была открытой книгой.
— Шестую, четырнадцатую, семнадцатую, двадцать восьмую и двадцать девятую! — проговорил я, сразу же и выкладывая новые карты на стол одну за другой. — Синий Ключ, в такой комбинации сохраняющий свою масть неизменной, к нему Астрал, Князь, Император, Боярин и Мастеровой! — перечислил я результат. — Старшая последовательность одной масти, причем, синей — полный флеш-рояль! — подвел торжественно итог. Это было абсолютно лучшее из теоретически возможных сочетаний. — А у вас что на руках, сударыня, позвольте поинтересоваться?
Несколько секунд Наталья ошалело пялилась на мою неперебиваемую комбинацию, затем разве что не уронила свои карты на стол. К слову, у нее было каре на десятках. Неплохо — но не сегодня.
— Могу я получить свой выигрыш, сударыня? — лучезарно улыбнулся я сопернице, прекрасно понимавшей, что ее только что цинично побили ее же собственным оружием: я нарочно обставил дело так, что ни о какой случайности речи здесь и близко идти не могло. Шулер обыграл шулера, читер сделал читера.
— Что? — потеряно выдохнула блондинка.
— Прошу мой выигрыш, — не убирая с лица широкой улыбки, повторил я. — Два комплекта униформы, госпожи Змаевич и ваш — согласно уговору.
— Да, простите… Извольте…
Поднявшись из-за стола, Перовская принялась расстегивать на груди непослушные пуговицы кителя — сперва магией, а затем, в опустошении не справившись, прямо дрожащими пальцами.
Глава 8
в которой я принимаю вызов
— Ну и на кой дух ты так сделал? — хмуро бросила Муравьева, кивнув на униформу Перовской на моей кровати.
— Захотелось, чтобы она побыла в шкуре нашей Инны, — пожал я плечами.
Благополучно вернув Змаевич ее мундир и отправив ту счастливую восвояси, мы с Машкой переместились в мою комнату, где длинноножка и набросилась на меня с упреками.
— «Нашей Инны!» — передразнила теперь меня она. — Нашей Инне от этого ни тепло ни холодно, поверь! Лучше бы сорок восемь рублей отыграл — те, что она спустила борисовке до формы!
— Про сорок восемь рублей я, честно говоря, забыл, — признался я. — Да и не послужили бы они Перовской никаким уроком! — заметил тут же. — Пришли — и ушли…
— А тебе прям вот нужно было преподать ей урок?