Пока иду, успокаиваюсь. Дежурный нет, не успокаивается, пока обо всём не доложил. Так и крутится сбоку, поливая меня пулемётной скороговоркой. Дослушиваю его у дверей в кабинет.
— Копца и весь остальной командный состав ко мне. Всех, кто здесь.
Часы показывают без четырех минут четыре. Пока народ собирается, размышляю. Как бы мой резкий отлуп не вышел мне боком. Ладно, только мне. А если после такого жуткого афронта немцы пойдут на попятную, заявят о неспровоцированном нападении на невинное Люфтваффе и обвинят СССР в агрессии?
Нет. На севере и юге немцы наверняка сильно продвинутся. Но только если начнут. А то ведь могут отыграть назад, потеря за одну ночь нескольких сотен самолётов за раз может и остановить. Нет, не остановит, — очередной раз отвечаю сам себе. Не успеют. Пока доклады дойдут до Берлина, да потери наверняка преуменьшат. Потом начнут разбираться. А приказ уже в войсках, моторы прогреты, пушки заряжёны, хлопцы готовы, кони запряжёны. И всего минута до команд «Огонь!», «В атаку!» и тому подобных, как они там на немецком звучат? Просто не успеют приказ отменить.
Немного покатал эту мысль в голове. Нет, артподготовка уже идёт вовсю. Значит, на попятную идти поздно.
Звонит телефон. Комендант Брестской крепости. Очень взволнованный.
— Товарищ генерал армии! Немцы не прекращают массированный артиллерийский огонь! Буг на всём протяжении форсируют немецкие подразделения, к мосту подходят танки!
— Мост взорвёшь, когда там немцев побольше будет. И дальше по плану. Если что не так, а меня на связи не будет, действуй самостоятельно. Ты знаешь, как, — в противовес звенящему от адреналина тону полковника мой голос не просто спокойный, а усталый и даже удовлетворённый. А чего волноваться? В пакете с меткой «Фаза А» для Бреста всё расписано.
Всё! Слава ВКП(б), не смог я сорвать немецкое наступление. Начал понимать всю сложность положения военных только пару месяцев назад. Руководство страной действительно допустило гигантский просчёт. Он выражается не вещественными показателями. Катастрофические материальные потери были следствием. И просчёт был не в ошибочном прогнозе начала войны. Совсем в другом.
Правильно предсказали, не правильно, дело третьестепенное. И неоконченное перевооружение армии тоже не аргумент. Оно на самом деле никогда не кончается. А военные обязаны уметь воевать тем, что есть. И всегда быть готовыми ко всему. Как пионеры.
Вина Кремля в том, что он заморочил голову собственным военным. Первая фаза войны им же планировалась, как оборонительная, а Устав понуждает к наступлению. Пусть в своей самонадеянности и вере в несокрушимость Красной Армии они считали, что она отразит нападение в считанные часы. Допустим. Но эти считанные часы РККА должна всё-таки обороняться. А так как к обороне не готовились, — он, Павлов, исключение, — то и часами никак обойтись не могло. Устав РККА выявил свою полную ублюдочность в своём нынешнем виде. Его политруки составляли. На основе рецепта для митинговых речей. Политработники, а не профессионалы.
Плюс к этому Москва невзначай фактически спланировала крупные поражения на первом этапе в своём стремлении наглядно показать себя всему миру, как жертву вероломного нападения подлого агрессора. Мир должен увидеть разбомблённые города, бесконечные толпы беженцев, разбитую и растерянную армию, чтобы поверить в то, что СССР к войне не готовился и готов не был.
Тогда зачем придвинули войска максимально близко к границе? Ладно, он, — в нарушение, кстати, некоторых директив Генштаба, — отвёл части на резервные позиции, оставив на старых местах заслоны для имитации шевеления. Зачем так подставлять под первый удар огромные массы войск? На что они там рассчитывали? На то, что немецкие бомбы и снаряды лишь ласково погладят по головке бравых красноармейцев, которые потом в едином порыве зададут перцу наглому фашисткому захватчику?
Заигрались! — решил я. Заигрались, а потом будут искать виноватых стрелочников. Среди генералов. Не себя же они к стенке ставить будут. Теперь я лучше понимаю положение Павлова и остальных генералов. Их заставляли идти по двум дорогам одновременно. Подставится под удар немцев, любой ценой избегнуть обвинений в провокациях. И эффективно отразить нападение, буде такое случится. Поэтому генералы метались, отдавая противоречащие друг другу приказы. И воевать по-настоящему почти никто не умеет.
Хорошо, очень хорошо, что я не смог отменить вражеские планы. Немцы всё-таки напали, сейчас Прибалтийскому и Киевскому округу прилетит на полную катушку. Они отступят, немцы что-то оккупируют и после этого никак не смогут откреститься. Перед всем миром они — подлые захватчики. Стоит, конечно, поразиться тупости этого мира, который как-то исхитрился до сих пор этого не заметить, хотя уже вся Европа под ними.