— Это такой хитрый план Гитлера? А что? Снаряд ба-бах в бок! И насквозь через всю башню, даже взорваться не успеет. Главное, пригнуться вовремя…
Мои командиры уже не могут сдержать улыбок. Кто-то за их спинами уже подвывает от восторга. Что-то я своего Саши не вижу…
— А что, товарищи? — обращаюсь к своим ребятам. — Классная штука на охоту ездить. Картечница есть, пуля броню не пробьёт, а то мало ли. Вдруг соседний охотник сдуру в твою сторону шмальнёт. От медведя можно спрятаться. Хулиганов всяких шугануть.
Немчура исподтишка переглядывается. Полностью русскую речь они не понимают, но общий смысл им уже известен. Русский генерал считает, что их танк — шайссе.
Никитин оказался самым смешливым, не выдерживает, начинает мелко трястись. Восприняв это, как разрешение, начинают открыто ржать все остальные.
Кто-то может сказать, что де не достойно многозвёздного генерала такой цирк устраивать. Но, во-первых, само попёрло и это не главное. Главное — во-вторых. Невозможно боятся того, над кем хохочешь. Что, немцы наступают? Щас мы их! Такое отношение должно быть у моих ребят. И оно таким будет!
А вот штуг мне понравился. Немецкое штурмовое самоходное орудие. Никаких излишеств, повышающих комфорт и уязвимость, нет. Серьёзная вещь.
— Гут машине, — сижу на башне, предварительно облазив изнутри и снаружи.
Приободрившиеся немцы наперебой рассказывают, расхваливают самоходку. Ключевые места перевожу для своих. Не все всё понимают.
— Товарищи, вещь хорошая. Конечно, со свойственными самоходкам ограничениями, но это понятно. Вращающейся башни нет, горизонтальный угол наведения — двадцать пять градусов…
Ну, и всё остальное. Закончивший обстоятельный рассказ гауптман почти победно оглядывает моих командиров. Оправдался за немецкую оборонку.
— Ну, хоть здесь всё в порядке! — шумно выдыхаю я. Командиры опять хихикают.
— Товарищи! — хлопаю рукой по броне. — Письменного приказа не будет. Но вы знайте, тот, кто пригонит мне такую хорошую вещь, целенькую, получит Героя. Рядовой или сержант. От командиров жду партию в пять машин. Если меньше, тогда орден.
— Товарищ генерал, — ко мне обращается лейтенант из свиты Никитина, — немцы спрашивают, что вы говорите. Перевести им?
— В общих чертах, — мгновенно решаю я, — и скажи им спасибо за такой подарок.
Немцы внимательно слушают, «я-я», затем расцветают в улыбках. Немного глупых. А что с них взять? Гансы.
Всё в порядке оказалось и с танком Т-IV. За исключением наличия дурацких люков на боках башни. На этот раз я просто ткнул пальцем, немцы смущённо понурились. Ничего больше не сказал, мои командиры опять сдавленно хихикали. Не зря прошёл сегодняший день.
27 июня, пятница, время 16:20.
г. Минск, штаб округа.
Генералов и штабных разогнал по делянкам, сам заканчиваю с бумажными делами. С особым удовольствием подписываю представление на Анисимова. Два представления, на Героя и на следующее, уже генеральское звание. Честно заработал. Операцию по ликвидации прорыва провёл блестяще. И я же обещал сегодня Героя каждому, кто мне пяток штугов пригонит. А он до сотни танков и бронемашин мне обеспечил. Если у меня будет такой приток трофейной техники, там ещё полторы сотни автомашин, и это только уцелевших после всех обстрелов и бомбёжек, то я и без центральных поставок проживу. На одних трофеях.
Лётчиков надо наградить. И тех, кто Паневежский ж/д узел обнулил и тех, кто мосты в Даугавпилс разбомбил. За сбитые самолёты не беспокоюсь, там Копец озаботиться, у лётчиков жёсткая шкала. Двадцать сбитых самолётов — пожалте к Герою. Ордена за другие подвиги.
Кладу подписанные представления в папку, при случае закину в наркомат. В Москву всё равно должны вызвать, дела в целом на фронте идут не очень. Не так плохо, как хотелось бы немцам, но не блестяще.
Лелюшенко, командир 21-го мехкорпуса выпросил мой 49-ый полк. Два дня, пока он будет обживаться в городе, полк простоит в городе. Полоцкая дивизия уже сооружает понтонный мост через Двину. Им надо закрывать брешь в восточной обороне округа. 49-ый полк сразу двинет за ними, как снимется с позиций. НКВД тоже забирает своё подразделение. Вернее, его перебрасывают охранять тылы Полоцкой дивизии. Так я буду 50-ую дивизию называть. Не официально.
Поближе к Вильнюсу перебрасываю кавдивизию из Белостока и батальон десантников, которые сейчас разместились южнее Слуцка. Есть у меня насчёт Вильнюса планы и опасения.
У-ф-ф-ф! Вроде всё. Откидываюсь на стуле, с наслаждением потягиваюсь.