— Куда это? — морщит лобик Ада.
— Да домой же, — вразумляет Борис.
— …выписываете сопроводительный документ…
— Даёте пинка, — расшифровывает Борис. Я не спорю.
— Всё, — заключаю я, — и больше в этот день он не играет. Пусть сидит дома и лечится. А то понравилось ему, видишь ли, на девочках кататься. Хитрая толстая морда.
— Стёпа, одним словом, — заливается хохотом Борька. Адочка заводит глаза под потолок, старательно запоминает процедуру «спасения» тяжелораненого.
— Запомни, дочка, главное. Должно быть страшно и больно, — даю последние наставления моей юной боевой санитарке, — а то всем так захочется, лежать под приглядом заботливых красавиц. Вместо того, чтобы воевать.
28 июня, суббота, время 08:10.
г. Минск, штаб округа.
— Ого! — глаза могут сразу охватить список техники, затребованной генералом Михайлиным. Глаза могут, а Никитина кондрашка хватит. Почти всю трофейную технику, захваченную Анисимовым, отписал ему.
— Так ему же всё и вернём, — смотрит на меня честными глазами Михайлин.
— Хорошо, Иван Прокофьич, делай приказ, я подпишу, — почему нет, дело хорошее. И, конечно, всё вернёшь, это не первая партия трофейной техники, я надеюсь. И на Никитина у меня особые планы.
Михайлин занимается самоходными зенитками. Мы получили сотню 37-мм на базе Т-26, но это только первая ласточка. В СССР ассортимент автотехники крайне скуден, возможностей комбинировать, практически нет. Вот он и положил глаз на трофейные броневики и зенитные автоматы. Действующих ЗСУ, что интересно, у немцев не обнаружилось.
— Пришла первая партия двигателей М-63, двадцать пять штук после капитального ремонта, — поняв, что с Михайлиным всё, докладывает зампотылу и поясняет, — это для ишачков.
— Для чаек подходят? — Получив утвердительный ответ, решаю быстро. Температура военных действий в ближайшее время будет расти на севере.
— Всё в Лиду, в 11-ую авиадивизию.
— Прямо всё? Может, в 10-ую подбросим? — это он молодец, помнит, что в Кобрино базируются мои любимчики. Но нет.
— Там сейчас спокойно. Несколько дней затишья у них точно есть, — обосновываю своё решение. И-16 и И-153 у них тоже есть. Но следующая партия движков запросто может прийти новых, вот их они и получат. Любимчики же.
— Что ещё?
— Сегодня прибывают Миг-3 из Москвы, — продолжает зампотылу, — наши лётчики вчера прибыли на завод. К обеду ожидаем их в Мачулищах. Эскадрилья в дюжину штук.
На этот раз думаю дольше. Через пару минут:
— Перегнать в Барановичи, в учебный центр. Обучить пилотов, сформировать эскадрилью. Создать в 11-й авиадивизии ещё один авиаполк, срочно построить для них аэродром или задействовать резервный, если такой есть. Авиаполк будет состоять из новых истребителей, Мигов и Яков.
Опыт надо совершенствовать и расширять. 11-ая авиадивизия подходит идеально. Смешанная дивизия, есть штурмовой полк и два истребительных с ишачками. Теперь будет ещё один с Мигами. Использование истребителей сразу двух типов в одном бою оказалось таким эффективным, что я был крайне удивлён. Ожидаемое соотношение потерь 2:1 в пользу немцев или даже 3:1 не состоялось. В реальности: 1:1 или 1,5:1 в нашу пользу, есть чему удивляться.
Отношу успех не только к эффекту неожиданности. Видимо, немцам трудно мгновенно перестраивать манеру боя, когда приходится иметь дело с совершенно разным противником. Ошибаться стали чаще. И любимый уход на вертикаль не срабатывают. Именно на этом манёвре их наверху ловят Миги. Как есть кобра. Или крокодил, с нижней (И-16) и верхней (Миг-3) челюстью. Кобра это когда есть чайки, плюющиеся эрэсами.
Позже обрадую Копца этими цветистыми названиями тактик воздушного боя. И приходит в голову ещё одна мысль. Как-то смотрел фантастический фильм и очень запали в память кадры залпа реактивными снарядами «крокодилом», вертолётом Ми-24.
https://youtu.be/5QehZKBAi24?t=286
Так что есть у меня для Михайлина ещё одна задумка. Рисую ему этот многоствольный авиационный блок НУРС. Авось поднимется точность стрельбы.
— Идея вот в чём, Иван Прокофьич. Сначала включается ракетный движок и спустя долю секунды — вылет. Плюс вектор скорости самолёта и траектория эрэса более прямая и предсказуемая. Попробовать бы ещё стабилизаторами снабдить…
Задумываюсь, а Михайлин тут же возражает, зануда.
— Отверстие круглое, не пройдёт…
— Не ваша забота, Иван Прокофич. Об этом пусть инженеры думают. Первое, что на ум приходит — расправляющиеся при освобождении маленькие крылышки. То есть, вжимающиеся в тело ракеты при нажатии и выходящие наружу при снятии давления.