- Стойте! - крикнул Роман, но голос его утонул в какофонии звуков. - Остановитесь!
Взгляд его упал на предмет, выпавший из руки ушибленного в лоб мародёра. Ромка нагнулся и поднял его. Это был рог быка, длинный, белый, затянутый в металл и отполированный до блеска. С одного, узкого конца его был укреплён крохотный металлический раструб с дыркой посередине.
Ромка глубоко вдохнул, приложил раструб ко рту и изо всех сил прогудел в рог. Неожиданно сильный, высокий звук вспорол вязкую паутину воплей и стонов. Он накрыл площадь и прокатился до стен домов оглушительной, звенящей медной волной.
- Солдаты! - крикнул Роман. Теперь его слышали все. - С вами говорю я!
Люди на площади замерли. Словно здесь просто играли в войну и услышали команду "замри!" Множество лиц повернулось к нему. Оскаленных, искажённых, потных, залитых кровью лиц.
- Слушайте! - выкрикнул Ромка. Слова. Нужно найти верные слова. Остановить это. Прекратить убийства.
На мгновение всё затихло. Люди смотрели на него, замерев с оружием в руках. И все вдруг услышали, как за лугом, на краю города, зазвенел и раскатился над крышами звенящий металлический голос. Звук-близнец того рога, что Ромка сейчас держал в руках.
- Это наши мужчины, - сказал сын Дикого кота. - Они пришли убивать.
Глава 39
- Слышите?! - выкрикнул Роман, драматическим жестом ткнув рукой туда, где затихал звук рога. - Это пришла ваша смерть.
Толпа содрогнулась, копья в руках дрогнули, люди затоптались, стали крутить головами. Неожиданно налетевший порыв ветра сдул клочья дыма, и над площадью засияло солнце.
- Мы отступаем. Берите ваше оружие, и идите за мной! - он посмотрел на толпу своих солдат. Добрая половина их пошатывалась от дыма и выпитого вина - на земле кругом валялись осколки разбитых кувшинов и кляксами темнели бордовые пятна. Ромка не хотел даже догадываться об их происхождении. - Тот, кто останется, погибнет.
- Мы не трусы! - выкрикнул человек из толпы. Ромка узнал его - это был один из козьих пастухов. - Почему мы должны убегать, как собаки, бросив добычу?
- Мы не можем сейчас драться! - ему стало ясно как день: если сейчас он даст слабину, если позволит им перекричать себя, всё будет кончено. Все жертвы будут напрасны. Даже тот человек, которого он едва знал, и что лежит сейчас с перерубленной шеей на улице города, пропадёт зря.
- Мы надерём задницы этим болотным крысам! - крикнул пастух. Он вышел вперёд и уставился на Ромку. - Где ты был, когда мы брали этот город?
- В чужом городе, нанюхавшись дыма, вы можете только трахать девок, - ровно сказал Роман, выходя навстречу Шарику. Теперь он понял, почему того так зовут. Буйные рыжие кудряшки, словно пушистая шапочка окружали голову парня, так что тот походил на нестриженного пуделя. - Я убью тебя голыми руками. А потом мы уйдём.
Время кончалось, оно утекало сквозь пальцы, как вода. Рыжий успел осознать его слова, успел даже схватиться за длинный нож на поясе, и вытащить его из ножен. Ромка шагнул к нему, отбросил руку с ножом, и, глядя в наглые, пьяные глаза, коротко ткнул его в кадык.
Мелькнуло на краешке сознания лицо тренера, его слова: "Никогда не делай так, парень. Разве что не будет другого выхода..." Ромка мотнул головой. Выхода не было.
Рыжий предатель скорчился у его ног, хрипя и держась за горло.
- Добей его, - бросил Ромка сыну Дикого кота. Отвернулся, чтобы не видеть, как блеснул над кудрявой головой топорик молодого охотника.
- Уходим! Все за мной!
Никто больше не возражал. Голос рога звучал уже совсем близко.
Молодой охотник бежал впереди, указывая короткий путь из города. Без него они заблудились бы в узких, затянутых дымом улочках, и Роман только гадал, топая следом и слыша, как стучат ногами по утоптанной земле его солдаты, почему сыновья Дикого кота им помогают. Ведь соплеменники, да и отец - Дикий кот - не простят юнцов. Второй мальчишка пристроился рядом, прочно заняв место Ромкиного телохранителя. Диковинного телохранителя с топором на длинной ручке и черепами лисиц на поясе.
Когда они выбежали на покрытый кудрявой травкой луг на окраине, и впереди поднялись деревья лиственной рощи, сзади послышались приглушённые расстоянием крики преследователей. Потом что-то коротко прошуршало в воздухе, и несколько Ромкиных солдат, бежавших позади всех, упали на землю. Из спин их торчали древки стрел, украшенные перьями хищной птицы.
После этого отступление пошло гораздо бодрее, и арьергард едва не обогнал авангард, оттоптав передним все пятки.
Кудрявая трава луга сменилась спутанным ковром лесной травы, потом влажная земля смешанного леса незаметно перешла в упругую хвойную подстилку сосновой рощи. Их больше не преследовали.
Роман замедлил бег, перешёл на шаг, потом развернулся и трусцой пробежался назад. Войско его теперь больше походило на стадо испуганных овец. Правда, некоторые овцы сумели утащить в своих копытах добычу. Ромка увидел среди остановившихся среди сосен, усевшихся под деревьями и просто повалившихся на землю людей не меньше десятка женщин.
Сын Дикого кота, чьё дыхание и лёгкий топот ног он слышал всё время за своей спиной, вдруг вскрикнул так пронзительно, что Роман обернулся. Молодой охотник смотрел на девушку, которую едва отдышавшиеся вояки уже тащили под ближайший кустик.
Прежде чем Ромка успел его остановить, тот бросился к похитителям. Блеснул в воздухе топорик, а девица завизжала так, что у Романа заложило уши. Один из тащивших девушку, крепкий, жилистый солдат, уклонился от удара, перехватил руку с топором, и пнул молодого охотника в живот. Тот охнул, согнулся и отлетел назад. Второй сын Дикого кота, подоспев на помощь брату, тоже кинулся в драку. Девушка истошно визжала, обхватив ладошками лицо.
Товарищи жилистого солдата налетели с двух сторон на молодого охотника, сбили его с ног и принялись охаживать по бокам. Его брат, отдышавшись от удара в живот, обернулся к Ромке и крикнул:
- Останови их, сын бога! Это моя Лисичка!
Звук, пронзительный, словно десяток девиц взвизгнули разом, раздался прямо над ухом в Романа. Драчуны застыли на месте. Рэм отвёл от губ сигнальный рог и ухмыльнулся двойнику. Он стоял рядом, и на плече его висел тот самый рог, затянутый в металл, длинный и блестящий, который они нашли в горящем городе.
Похитители, только сейчас заметившие своего вожака, смутились. Девушка умолкла и отняла ладошки от лица.
- Это Лисичка! - повторил сын Дикого кота.
- Хватит! - скомандовал Роман. - Делить добычу - обязанность вождя! Кто из вас хочет бросить мне вызов?
Он увидел испуг на лицах своих вояк. Бывшие рабы, которых совсем недавно пороли плетью и гоняли на работу без пощады. Ромка сжал зубы. Ещё немного, и его войско превратится в стадо головорезов и насильников.
- Что, никто не хочет? - он повернулся к Рэму: - Играй сбор командиров. Я буду ждать их под сосной. А ты, Лисичка, пойдёшь со мной. Мои люди будут охранять тебя.
- Здесь ещё Кошка, - пискнула девушка. Теперь она смотрела на Ромку во все глаза. Он невольно скользнул взглядом по её тоненькой фигурке, едва прикрытой тряпицей жалкого платьица. Будь это в его мире, где-нибудь на пляже, он решил бы, что на ней нечто вроде купальника в стиле сафари.
Из-за дерева робко выглянула вторая девушка. Личико её было перепачкано сажей, волосы спутались, от платьица осталось ещё меньше, чем у подруги. Она вышла вперёд и, не пытаясь прикрыть обнажившуюся маленькую грудь, взглянула на Романа.