Но тогда это точно — не Нурия. А кто?.. Кому же еще мог наступить на хвост скромный и обаятельный журналист из провинциального еженедельника? Получается, только таинственному и до сей поры неуловимому мстителю за поруганные честь и достоинство некой Тояны Тудегешевой. Но в таком случае выходит, что мы имеем дело с паранормом, обладающим как минимум тремя сиддхами: невидимости, мгновенного перемещения и дальновидения. А это уже серьезно! Это, пожалуй, нам не по зубам. То есть, почему «нам»? Им — комиссару Бересту и компании. А вот ежели, допустим, сложить способности мои и, скажем, Ксении — может, что и выйдет…
Успокоив себя таким образом, я почувствовал, что снова могу действовать и соображать и первым делом, подобрав несчастный мобильник, выдернул из него «симку». А в следующий момент понял, что ехать на руины собственной квартиры мне сейчас никак нельзя. Именно там меня и будет ждать в первую очередь этот «зорро». А Ракитин уже ждет и нервничает, потому что по всем расчетам я уже должен был появиться или позвонить. Но не могу я сейчас ни того, ни другого. И сообщить ему об этом не могу. Как же хреново без связи! Я покосился на пластиковый квадратик «симки» у себя на ладони, такой маленький и безобидный сейчас. Может, вставить его обратно и сделать звонок? Всего один, секунд на пять. Не успеет, поди, засечь?.. Нет, лучше не рисковать. Но ведь и новая карточка будет безопасной лишь на один звонок! Так и разориться недолго…
Стоп! Есть выход — фрикер-мобильник! Наши отечественные умельцы давно освоили технику перепрограммирования сотовых чипов, и такой, «фрикнутый», аппарат вместо одной-двух фиксированных частот связи способен самостоятельно перенастраиваться на любую свободную в данный момент, как бы подменяя на короткое время чей-то чужой телефон. В итоге сетевые контроллеры принимают его за своего и разрешают соединение, а счет выставляют, понятное дело, реальному владельцу конкретной частоты. Правда, стоит такой аппарат раз в двадцать-тридцать дороже обычного и работает только на исходящий звонок, но нам-то пока большего и не надо. А цена… Говорят же, не имей сто рублей, а имей сто друзей. И я, быстро собравшись, отправился к давнему и не единожды проверенному делом другу и советчику — толстому и плутоватому Сильверу, то бишь Михаилу Соломоновичу Фуксу, содержателю ночного клуба «Наяды» и лучшему бармену всех времен и народов.
— Шолом алейхем! — расплылся в белоснежной улыбке Мишка. — Совсем забыл бедного старого еврея?
— Привет! — я с радостью пожал его большую, обманчиво мягкую ладонь. — Это ты-то бедный?! Да у тебя денег — куры не клюют!
— Денег, власти и славы много не бывает, — изрек Сильвер и хлопнул по стойке парой настоящих баварских кружек с пенными шапками набекрень. И когда успел налить?!..
— О, да ты никак философом стал?
— Философия — это не наука и не профессия, это — состояние души, отягощенной жизненным опытом…
— Ну да, а смысл жизни заключен в рюмке «Клико» с долькой лайма, которую тебе по утрам подает прямо в постель «мисс Вселенная»! — я постарался вложить в свой сарказм как можно больше цинизма, но не получилось. Слишком много и за короткое время свалилось на мою бедную головушку, чтобы я мог позволить себе зубоскалить по поводу маленьких слабостей других. — Извини, Миша, это я от нервов…
— Нормально, Димыч, проехали, — он внимательно оглядел мою озабоченную физиономию, хлебнул из кружки и поинтересовался: — Тебя, случаем, не пасут?
— Хуже. Меня, похоже, списали! И теперь срок моего земного пребывания ограничен только временем, которое понадобится им, чтобы достать меня окончательно, — я тоже приложился к пиву и ополовинил посуду, прежде чем унялась внутренняя дрожь, вызванная видением жуткого глаза на экране мобильника.
— М-да! — Мишка как-то подобрался, посуровел и быстро окинул взглядом исподлобья полупустой в это время суток зал. — Я могу помочь?